Жизнь рассказчицы

наблюдения

livia_augusta@mail.ru — Tue, 22 Dec 2009 08:49:18 GMT

Внимательно читая ~~надписи на заборах~~ афиши, расклеенные в нашем городе, обнаружила новый... эээ... тренд.
Например:

Балет "Тушканчик"
труппа Погорелого театра им. Призрака Оперы и Балета
Весь вечер на манеже дрессированные лауреаты международных и иных конкурсов
20 тонн декораций

Иду дальше.

Ансамбль пенсии и пляски
под руководством И.О. Народного-Артиста
Танцы народов мира и сопредельных территорий
150 кг костюмов

Мамой клянусь. В приведенных выше текстах афиш выдумано все, кроме последних фраз.
Это нынче такой критерий, да?

Впрочем, муж сказал, что это внушает оптимизм: видимо, в мозгу организаторов забрезжила мысль о том, что одними титулами на афишах ~~быдло~~ неискушенную публику уездного города В. больше не заманишь. Хотелось бы надеяться. Честно говоря, я за годы своей бескорыстной любви к культурному досугу уже успела насмотреться на такое количество псевдоглубокомысленных гастрольных спектаклей из серии "на сцене трое: он, табуретка и постмодернизм", что идея о 20 тоннах декораций, натурально, кажется мне неотразимо привлекательной. И урезанного в два раза "~~Тушканчика~~Щелкунчика" на один из прошлых Новых Годов я тоже прекрасно помню, да~~, суки~~.

Думаю, надо купить билеты, пока не поздно. А то у РЖД такие тарифы, что без моего скромного вклада транспортировка декораций может и не окупиться.

ну, и еще один вопрос-опрос тогда уже

livia_augusta@mail.ru — Sun, 20 Dec 2009 08:39:21 GMT

Это мы с мужем сегодня погуляли, купили немножечко елочных украшений, и я прониклась ожиданием Нового Года. Так что еще один новогодний беспричинно-бесцельный опрос вдогонку. А сразу в один пост я не запостила потому, что медленно соображаю.

View Poll: Новогодний стол

в преддверии Нового Года

livia_augusta@mail.ru — Sun, 20 Dec 2009 07:42:42 GMT

Совершенно беспричинный и бесцельный опрос, исключительно из праздного предновогоднего любопытства.

View Poll: Новогодняя елка

Ну, и, конечно же, приветствуются комментарии в... эээ... комментариях.

...и животноводство

livia_augusta@mail.ru — Sun, 20 Dec 2009 01:02:58 GMT

Дорогие друзья и френды, особенно кто читает меня давно и наблюдает ситуацию в динамике. Имею уведомить вас об очередных новостях системы "пиздец".

У меня, если кто не знает, есть родители. В их числе есть даже и мама, хотя, глядя на меня, в это и трудно поверить. И у означенной мамы вчера был день рождения. В честь такого события приходим мы к родителям в гости, а там - пиздец.

Сначала, как известно, было так.

Потом стало еще и так.

А вчера мы - внезапно, что характерно! ВНЕЗАПНО! - обнаружили, что родители кастрировали кота Моню и приволокли с помойки очередную кожку. И утверждают, что это отцовский подарок маме на ДР.
Фотографии кожки нету, т.к. фотоаппарата у нас не было.

Кожка совершенно чорная, с характерно выделяющимися жолтыми глазами. Обитает пока в основном под диваном, но активно обживается. В рамках "обживания" в течение вчерашнего вечера нассала на один диван и накакала на второй. А хуле вы хотели? Кожко дикое, помойное, политесам не обучено. Родители умиляются, все довольны.
Тёма и Моня ее не едят, хотя, на мой взгляд, надо бы.

Самое интересное, разумеется, будет, если кожко беременно. Тогда через некоторое время в моем жж будет проводиться акция "купи котенка за копейку, получи второго с доплатой".

А, кожко, если что, назвали Лизой. Теперь у родителей имеется готовый тандем "Моня-Лиза".
Отец делает вид, что ему это все не нравится, однако под конец вечера был замечен выманивающим кожко из-под дивана со словами: "Лизонька! Иди сюда, моя хорошая!", - а потом обнимающим немытое помойное животное и прижимающим его непосредственно к священной профессорской бороде.

P.S. Для тех, кто не знает, хроника непростых взаимоотношений моих родителей с жывотными.

Сначала у нас был Дюк, ризеншнауцер, которого мы взяли в мои 14 лет. В основном для того, чтобы реализовать нереализованную с детства отцовскую мечту о большой собаке. Дюк был отличным парнем, бойцом, умницей, понимал все обращенные к нему слова и практически отвечал на них человечьим голосом. Он прожил с нами 14 лет, а три с половиной года назад умер, во сне, от старости.

За три года до его смерти мама, гуляючи с Дюканским зимой по улице, обнаружила лежащую в сугробе собаку системы "ублюдок дворовой". Собака по всем признакам отдавала концы, поэтому мама сделала логичный вывод, что ее немедленно надо забрать домой - "пусть хоть умрет в тепле". В тепле собака быстро раздумала умирать, поэтому была наречена Чибик и прожила с родителями около двух лет. Чибик был уже старенький и больной, врачи сразу сказали, что у него рак, который оперировать очень опасно из-за возраста собаки. Тем не менее, он практически до самой смерти был бодрым, довольным и активным. Хорошо ладил с Дюком и даже умудрялся на него огрызаться, хотя был меньше раза в три. Фотография из поста по ссылке выше - это не Чибик, это следующая собака, но Чибик тоже выглядел примерно так.

После смерти Дюка родители сначала клялись и божились, что больше собак не будет, однако не прошло и года, как мама обнаружила, что по двору дети таскают какую-то бездомную собачонку непотребного вида. Пропустить такой шанс было нельзя, поэтому на детей был немедленно натравлен отец, который и принес добычу домой. Добычей оказалось то самое пёсо, которое по ссылке сверху. Назвали его Тёма. Собак, в отличие от Чибика, молодой и прыгучий. Практически сразу же умудрился избаловаться до невероятности, жрет только самые лакомые куски после долгих уговоров, беззаветно предан отцу. Вида, как можно убедиться на фото, по-прежнему непотребного.

Потом... в общем, я уже не помню толком, когда это было, но, кажется, примерно через год после того, как взяли Тёму. Шла моя мама по двору и увидела... или услышала, я уж не знаю... короче, так или иначе обнаружила зачуханнейшего вида котенка с заплывшим гноем глазом и кишевшего паразитами. Котенок был полон решимости бороться за жизнь, поэтому орал оглушительным голосом на весь двор. Можно ли было упустить такой шанс? Котенка подобрали, отмыли, вывели глистов, вылечили глаз. Назвали Моникой. Через некоторое время кошечка Моника превратилась в кота Моню - нелюдимого, дикого, немурлыкающего, зато обладающего акульими зубами и "когтями как ятаганы".

Ну, и вот теперь - кожко Лиза. Кожко Лиза - это одна из тех дворовых кошек, которым моя мама уже года два каждый день варит домашнюю еду. Не объедки выносит, подчеркиваю, а каждый день готовит свежее. Ареал кормления, кстати, постоянно расширяется. Сначала она кормила только кошек во дворе, теперь, по ее словам, кормит уже в трех местах.* Знает каждую в лицо и разбирается в их родословной. Соответственно, за судьбой кожки Лизы родители следили с ее (Лизиного) котячьего возраста, и вот, наконец, не выдержала душа. Потому что кожко Лиза - несчастная и одинокая, существующая во дворе кошачья мафия ее не приняла, и жила она, бедная, сирота сиротой.

Ы, дорогие друзья. И это, собственно, all I've got to say about that. Ы.

*Прим.: народ, a posteriori - кто имеет высказать невъебенно умные соображения о нецелесообразности кормления дворовых кошек и сумасшедних тетках, которые это делают, лучше молчите, а то будете забанены моментально и нецензурно, невзирая на лица; своих родителей обсуждайте и осуждайте.

осторожно: фанфикшн!

livia_augusta@mail.ru — Wed, 16 Dec 2009 11:41:06 GMT

Поскольку в жизни у меня все то же, тем же и по тому же месту, я продолжаю выкладывать то самое, страшное, на букву "ф", - при это понимая, что те, кому неинтересно, скоро окончательно во мне разочаруются и расфрендят. Ы.
В общем, кому неинтересно, те под кат не ходите, а кому интересно - там вторая глава того, что я начала выкладывать в предыдущем посте.

Глава 2. Слежка и тайное проникновение

- Курсант Тонкс! – гремит шеф. Если на вас никогда не орал Грозный Глаз Муди, считайте, что жизнь прошла зря. – Вы что, пикси вас дери, клоун? В маггловском цирке выступать готовитесь? Тогда какого боггарта вы делаете в Школе авроров? Или вы воображаете, что вы гребаный полтергейст, в Мерлина душу мать?
Мой напарник неосторожно хихикает и сразу же огребает тоже.
– Курсант Сэведж, вам смешно? Смешно было всем от того, как вы себя дезиллюминировали! Вас за десять метров было видно, без всякого Хоминем ревелио! Я так понимаю, - это он уже нам всем, - вы все думаете, будто тут гребаный хогвартский дуэльный клуб! Тонкс, Сэведж, пересдача через неделю! Остальным не расслабляться – вам на следующей неделе сдавать противоядия, и цацкаться с вами там не будут! Ясно?
Муди окидывает нас сердитым взглядом и уже собирается выйти из аудитории, но тут Сэведжа прорывает:
- Разрешите обратиться, сэр!
- Ну?
- Почему я должен пересдавать? Ведь я же не я виноват, что нас обнаружили! Если бы не она… - начинает Сэведж очень бодро, но к концу как-то сникает. Грозный Глаз смотрит на него, не произнося ни слова. Группа тоже молчит. Сэведж сидит передо мной, и я прекрасно вижу, как его уши все сильнее краснеют. Я ужасно злюсь на него и ужасно злюсь на саму себя: Джон – гад и предатель, а я – корова и неудачница. Прекрасная пара, ага.
- Та-а-ак, - на этот раз Муди говорит негромко, но с такой интонацией, что всем становится ясно: пахнет жареным. – Сэведж, значит, считает, что он тут самый умный. Он, значит, думает, что заслуживает зачета. Скажите, курсант Сэведж, а за что именно я должен поставить вам зачет?
- Я сделал все правильно… - мямлит Джон.
- Что? Громче говорите!
- Я сделал все правильно! – выкрикивает Джон, видимо, решив, что семь бед – один ответ. – Как положено! Это все Тонкс! Почему я должен пересдавать из-за ее ошибок? Это несправедливо!
Муди выслушивает эту тираду с очень задумчивым видом и, не говоря ни слова, ковыляет к окну. Секунд десять он сосредоточенно смотрит на улицу, потом снова поворачивается к нам.
- Я мог бы вам сказать, Сэведж, что жизнь вообще несправедлива, и отправить готовиться к пересдаче, - говорит Грозный Глаз неожиданно спокойным и каким-то усталым голосом. – Но вы пришли сюда учиться, и моя задача – научить вас всему, чему я в силах вас научить. Поднимите руки, кто еще считает, будто вам здесь ставят зачеты за то, что вы делаете все, как положено.
Все переглядываются и молчат. Муди возводит глаза к потолку – сразу оба, что редкий случай.
- Да не валяйте вы дурака! Это не экзамен, оценок не будет. Просто скажите честно.
Все снова переглядываются. Муди смотрит на нас внимательно и тяжело вздыхает.
- Ясно. Мерлин с вами. Я и так знаю, что вы думаете. Просто представьте, Сэведж, что вы сегодня были на настоящем задании, против настоящих Темных магов. Положим, ваш напарник ошибся. Людям, между прочим, свойственно ошибаться. Вы понимаете, что будь это даже сто раз его вина, это никого не будет интересовать? Кому вы будете рассказывать, что «сделали все, как положено»? Противнику, когда вас захватят? Думаете, поможет, когда к вам применят Круциатус?
Уши Сэведжа уже приобрели совершенно свекольный оттенок и, кажется, даже слегка увеличились в размерах от прилива крови.
- Нет, сэр, - тихо говорит он.
Муди кивает.
- Молодежь! – Грозный Глаз повышает голос и снова обводит всех взглядом, давая злополучному Сэведжу передышку. - Запомните: баллы за то, что вы знаете правильный ответ, остались в Хогвартсе. У нас нет правильных и неправильных ответов. У нас есть только выжившие и погибшие. Когда вы получаете зачет, это не значит, что вы сделали все, как положено. Это значит, что будь на месте условного противника настоящий, вы бы выжили. А если вы получили незачет – это значит, что с задания вы не вернулись. Ясно?
Все снова молчат. Просто ужас, до чего сегодня все молчаливые.
- Да, сэр, - в конце концов произносит тоненьким голоском Нэнси Макдональд, наша отличница и паинька.
- Хорошо. На сегодня все свободны, - говорит Грозный Глаз и, припадая на одну ногу, направляется к двери.

Все дружной толпой вываливаются из класса, а я задерживаюсь, потому что нет у меня настроения идти с народом в «Дырявый котел». Остальные-то сдали – кто сегодня, кто еще в прошлый раз, - и будут это отмечать, хотя добрая Нэнси и говорила, что, мол, «праздновать будем, когда сдаст вся группа». Конечно, так я и поверила – сейчас пойдут в «Дырявый котел» и все напьются на радостях, забыв про неудачников. Джон на меня дуется, я на него после его выступления - тоже. Самое ужасное, что он, в общем, прав – что бы ни говорил шеф. В первый раз нас обнаружили из-за того, что я разбила вазу в одной из комнат, – охрана услышала шум, скрутила меня, а потом тщательно прочесала весь дом и нашла Джона; второй раз мы уже бежали через сад к выходу, когда я споткнулась о камень и свалилась в пруд. Честное слово, прямо в пруд. Ну, я же не виновата, что у них там такие пижонские узкие дорожки, да еще и неровные. Короче, шум, брызги столбом… пока Сэведж меня вытаскивал, снова прибежала охрана. Теперь у меня в перспективе третья пересдача – и если я ее снова завалю, мне скажут: «Извините, мисс Тонкс, вы нам не подходите». Я представляю себе, как я расскажу об этом родителям, и мне становится дурно. Два года назад они меня в два голоса уговаривали, просто умоляли не поступать в Школу авроров, потому что это не женское дело; я настояла на своем. И если теперь я приду и скажу, что меня отчислили… честно, я даже не знаю, что будет хуже: если они обрадуются («мы же тебе говорили!») или если они начнут меня жалеть. Короче, все очень плохо, и есть только одно место на свете, которое может хоть немного поднять мне настроение, – кафе-мороженое Флориана Фортескью. Я направляюсь к лифту с твердым намерением аппарировать прямиком в кафе и заказать там самую большую порцию шоколадного мороженого с карамельным соусом и взбитыми сливками.

- Эй, Тонкс! – неожиданно окликает меня шеф, высовываясь из своего кабинета. – Ну-ка, зайдите ко мне.
Наш шеф нечеловечески крут: у него деревянная нога, магический глаз, героическое прошлое и неисчислимое количество закидонов, один развесистее другого. Все курсанты боятся его до смерти, говорят о нем благоговейным шепотом и готовы вылезти из кожи вон, чтобы он их похвалил. А если совсем честно, то мы его просто а-ба-жа-ем, хотя никто не осмелится ему в этом признаться. В прошлом семестре я получила высший балл по маскировке и камуфляжу, и Грозный Глаз сказал мне, что я «ценный кадр», так что я была на седьмом небе от счастья. Сейчас… в общем, лучше не думать, что он обо мне думает и что он мне вот-вот скажет.
Муди мрачно разглядывает меня и, в конце концов, ворчит:
- Ну?
Прекрасное начало. Многообещающее.
- Что с вами происходит?
- Ничего, сэр.
А что еще я могу сказать? Со мной действительно ничего особенного не происходит – просто я такая уродилась.
- Слушайте, Тонкс… только не обижайтесь… - шеф морщится, будто у него внезапно разболелся зуб. – А вы уверены, что вам это надо? Может, вам… эээ… пересмотреть свои планы на будущее? Вы ведь девушка, выйдете замуж, детей нарожаете… Зачем вам бегать за преступниками и подставляться под непростительные заклятья?
Я чувствую себя так, будто в меня неожиданно зарядили Ступефаем. Вот сейчас мне действительно, по-настоящему, взаправду хреново. Лучше бы Муди на меня снова орал – тогда я, по крайней мере, знала бы, что я в его глазах не безнадежна.
На глаза против моей воли наворачиваются слезы, и я начинаю судорожно моргать.
- Вы что, реветь вздумали? – а еще у нас шеф очень тактичный, и за это мы его тоже любим.
Я мотаю головой и сжимаю зубы так, что, кажется, у меня сейчас треснет челюсть. Не реветь-не реветь-не реветь-не реветь…
- Чаю хотите? – неожиданно спрашивает Муди, берет меня за локоть и почти насильно усаживает на стул. Я киваю, потому что ничего другого сделать все равно не могу.
Пока шеф наливает мне чай, я успеваю проглотить слезы и немного успокоиться, изо всех сил стараясь думать исключительно о шоколадном мороженом у Фортескью. Перед тем, как левитировать чашку ко мне, Грозный Глаз достает из одного из своих многочисленных карманов фляжку.
- Бренди. Вам не повредит, - сообщает он перед тем, как добавить содержимое мне в чашку. На секунду задумывается - и наливает себе тоже.
- Значит, только аврорат? – осведомляется Грозный Глаз, когда чай почти допит.
- Да, сэр! – говорю я. Это правда. Я хочу быть аврором, понимаете? Я. Хочу. Быть. Аврором.
Шеф усмехается.
- Тонкс, я за вами наблюдаю уже два года, с ваших вступительных экзаменов. То, что в нашем деле важнее всего, у вас есть: вы смелая и быстро соображаете. Если научитесь бдительности и дисциплине, станете первоклассным аврором. Это не сразу приходит. Я в первый год работы провел две недели в Мунго из-за собственной неосторожности с палочкой.
- А что вы..?
- Почти что отстрелил себе… неважно. Много будете знать – скоро состаритесь. Я вам что хочу сказать? Шевелите мозгами, Тонкс. Если не получается не делать ошибок, придумайте, как их можно скрыть. Используйте свои способности на полную. И помните: постоянная бдительность! Поняли?
- Да, сэр.
- Тогда марш готовиться к пересдаче, - говорит Грозный Глаз, давая понять, что разговор окончен.

* * *
- Это здесь, - говорю я. Сэведж упрямо сдвигает брови.
- А по-моему, там.
Битый час мы шарахались по маггловскому поселку в поисках дома, куда нам предстояло проникнуть. В конце концов нам удалось сократить число возможных вариантов до двух, что уже неплохо. Плохо то, что Сэведж твердо стоит на стороне одного из вариантов, а я так же твердо уверена в правильности другого.
- Джон, это здесь. Сто процентов. Видишь чувака, который сидит в шезлонге на лужайке? Это кто-то из наших. И в банке колы, которая у него в руках, на самом деле не кола, а оборотное зелье. Я видела, как он из нее отхлебывал. Когда пьют колу, такого выражения лица не бывает.
- Там женщина на веранде тоже что-то пьет. И лицо у нее кислое.
- Да, она пьет апельсиновый сок. Он оранжевый, Джон. А какого цвета оборотка?
- А почему тогда она так на меня пялилась? Почему срабатывает сенсор секретности?
- Она на тебя пялилась потому, что ты не местный. А сенсор секретности сработал… откуда я знаю? Может, она налоги не заплатила. Или знает, что ее кошка нагадила на соседском участке. Или у нее труп в чулане.
- Магглы держат трупы в чулане? – тупо спрашивает Джон, и тут я вижу такое, что кладет конец сомнениям. Я пихаю его в бок.
Чувак, который сидит в шезлонге, видимо, скучает и уже какое-то время чертит что-то у себя на коленке подобранной с земли веточкой. И вот сейчас он поднимает веточку и явно машинально делает в точности то самое движение, которое нужно для заклинания Импедимента.
- Видал? – торжествующе говорю я Сэведжу и показываю ему язык.

...На этот раз мы используем метлы. Аппарировать ни в дом, ни на участок все равно нельзя, а в своих летных навыках я уверена больше, чем в умении не оставить следов в саду. Приземление на крышу, метлы уменьшить и спрятать за трубой. На балкон мы лезть не решаемся – черт знает, есть ли там защиты, но рисковать мы не можем. Сэведж находит самое труднодоступное окно, открывает его Алохоморой и сползает вниз. Теперь моя очередь. Осторожно спускаюсь, вися на руках, ставлю одну ногу на подоконник, теперь вторую… че-оооооорт! Я повисаю в воздухе вверх ногами.
- Руку давай! – шипит Джон. – Сейчас я скажу «Либеракорпус!», и ты схватишься второй рукой за подоконник, поняла? Иначе я тебя не вытяну.
- Давай.
- Либеракорпус!
Драные пикси, как же больно животом о карниз…
Джон успевает втянуть меня внутрь и закрыть окно в тот самый момент, как из-за угла показывается охранник – тот, что пил оборотку, сидя в шезлонге.

…Я делаю два шага и замираю. Мои шаги, которые казались бесшумными на улице, слышно. На мне выданная под расписку мантия-невидимка, которая куда надежнее дезиллюминационных чар, – и я прокололась на проклятой обуви.
Прислонившись к косяку и стараясь делать все бесшумно, я снимаю их и, направив на них палочку, говорю: «Эванеско». Прощайте, милые ботинки, я буду по вас скучать.

…Навстречу мне идет Долиш. Я распластываюсь вдоль стены и задерживаю дыхание. Он отчего-то медлит, оглядывается кругом. Я не дышу. Долиш вытаскивает палочку. Меня спасет только Конфундус, но невербальный Конфундус я не умею, а за углом Праудфут, и черт его знает, что они используют для прослушивания коридоров…
- Хо…
- КОНФУНДУС! – изо всех сил думаю я.
Долиш растерянно смотрит на палочку в своей руке, хмыкает и проходит дальше по коридору. Я хватаю ртом воздух, будто только что пробежала стометровку.

…Кухня, осталась только кухня. Кухня, потом на крышу – и все. Я поворачиваюсь, зацепляю мантией за этажерку… я успеваю ее придержать, но содержимое издает совершенно явственный стук и звон. Из глубины дома слышатся шаги.
Думай, Тонкс, думай, думай…
Муди! Он сказал, что он наблюдатель и чтобы на него никто не обращал внимания. Последний раз я видела его наверху, но не факт, что Долиш с Уильямсоном отслеживают его перемещения. И никто из тех, кто здесь, кажется, не знает, что я метаморф…
И в двери кухни – волнистое, искажающее изображение стекло.
…Кажется, мне очень точно удалось скопировать жест шефа, означающий: «Работайте-работайте!»

* * *
- Полчаса препирались, в какой дом пойти, - раз, - начинает Грозный Глаз зловеще тихо, но быстро набирает обороты. - Метлы – проще простого заметить, Мерлин знает какая неосторожность, - два. Чуть не провалили все, когда залезали в окно, - три. Ботинки Тонкс – четыре. Сэведж, вы статуэтку на втором этаже переставили, это могут заметить, - пять. Этажерка на кухне – шесть. Шесть серьезнейших недочетов за одно задание! Где ваши мозги, дементоров вам в душу? Чего вы, по-вашему, заслуживаете?
Я зажмуриваюсь. Значит, все было зря. Значит, мне, неуклюжей корове, не место в аврорате. Значит…
- Тонкс! Откройте глаза! Вы что, в жмурки со мной решили поиграть? Вам зачет. Обоим зачет. Тонкс дополнительные баллы за наблюдательность, невербальный Конфундус и своевременное использование способностей метафорфа. Сэведжу – за быстроту реакции и знание Левикорпуса, заклятье давно вышло из моды, но на деле очень полезное.
- Но, сэр…
- У вас что, возражения?
- Но вы же сказали, что мы сделали все неправильно… - лепечу я, осознавая, что делаю какую-то чудовищную глупость.
Шеф издает сдавленный стон.
- Слушайте, Тонкс, вы что-нибудь вообще запоминаете? Разве я вам не говорил, что у нас нет «правильно» и «неправильно»? Вы вернулись. В срок. С планом дома. Задание выполнено. А лучше можно сделать всегда, и я надеюсь, что в следующий раз, на настоящем задании, вам это удастся. И марш домой отдыхать, курсанты.
Мы с Сэведжем продолжаем хлопать глазами, и Муди приходится чуть ли не выталкивать нас из аудитории, грозя, что сейчас он передумает насчет зачета.
- Тонкс! – говорит Джон, едва мы отходим на несколько шагов. – Ты прости меня, что я тогда… ну… в общем… ты – отличный напарник, правда.
Мне хочется сказать ему какую-нибудь гадость, проучить его, но…
- Забыли, Джон, - говорю я и протягиваю ему руку, которую он с облегчением пожимает.
- Ну что, в «Дырявый котел»?
- А то ж!
- Тонкс! – слышится из-за спины голос Муди, который, держа в руках думосбор, направляется к себе в кабинет.
- Да, сэр!
- На вашем месте я бы сначала заглянул домой за ботинками.
С этими словами шеф уходит, и я вижу, как его плечи трясутся от смеха.

…Я вам уже говорила, что мы все обожаем нашего шефа?

осторожно: фанфикшн!

livia_augusta@mail.ru — Wed, 02 Dec 2009 02:33:39 GMT

А фанфики будут еще, фигли.
Это единственное, что меня на данный момент по-настоящему интересует (см. предыдущий пост).

Как всегда - просьба под кат ходить только тем, кто действительно хочет читать фанфики по ГП.
Все прилично и дженово, слэша нет.

В общем, на ваш суд выносится первая глава нового фанфика про Тонкс и Грозного Глаза. В принципе, тут каждая глава будет как отдельная зарисовка, но связь между главами будет немножко более тесная, чем в цикле про Люпина и Тонкс, поэтому объединяю все в одно произведение.
Приключений и остросюжетности не обещаю, фик в основном про взаимоотношения и характеры. Все выросло из одной фразы в седьмой книге: "Тонкс... была близким другом Грозного Глаза, его любимицей, его протеже в Министерстве магии".
Размер планируется миди, рейтинг пока PG ((думаю, таким и останется).

Wild Thing
I never saw a wild thing
Sorry for itself.
A small bird will drop frozen dead from a bough
Without ever having felt sorry for itself.
D.H.Lawrence

Глава 1. Четыре против одного

- Можете идти, мистер Сэведж, - доброжелательно говорит Амелия Боунс. – Пригласите, пожалуйста, мисс Тонкс.
Мистер Сэведж – выпусник Рэйвенкло, семь Т.Р.И.Т.О.Нов, особая рекомендация от Флитвика, - молодцевато кивает и идет к двери чуть ли не строевым шагом. И только открывая дверь, все-таки расслабляется и вытирает со лба пот. Мы – по крайней мере, четверо из нас, включая доброжелательную Амелию, - провожаем его одинаковыми усмешками. Очередной молодой идеалист и, похоже, прирожденный теоретик. Может, Флитвик когда-то в молодости и показывал класс на дуэлях, но сейчас его таланты целиком сосредоточились на танцующих сахарницах и написании статей в «Новейшие чары», и ученики идут по его стопам. Впрочем, этого мы натаскаем, если он сам от нас не сбежит за три года.
- Тонкс, ты следующая! – слышится за дверью.

Стоп. Давайте с начала. Хотя меня до сих пор передергивает, как вспомню Крауча, занудным голосом объясняющего правила составления еженедельных отчетов, в одном наш бывший шеф был прав: порядок – превыше всего.
Так вот. "Мы" – это приемная комиссия Школы авроров и сейчас ведем очередной набор. Нас четверо… нет, нас, увы, пятеро, и скоро вы поймете, почему о пятом члене комиссии я предпочитаю забывать. Четверо – это обычный состав: Амелия Боунс, директор Департамента магического правопорядка и – в качестве таковой – председатель приемной комиссии, мировая баба, с которой трудно не сработаться; Скримджер, глава аврората – отличный боец, вот только в последнее время увлекся политикой и, честное слово, до добра его это не доведет; Кингсли Шэклболт, его заместитель и самый здравомыслящий человек в нашем бедламе - пока он у нас работает, за аврорат я более или менее спокоен; я сам, Аластор Муди, Грозный Глаз, как изящно именуют меня коллеги, гребаная легенда гребаной войны с Волдемортом и вечная заноза в заднице у всех высших чинов нашего министерства, начиная с моего непосредственного начальства. В конце концов меня задвинули заведовать Школой и на этом временно успокоились. Тут я проявляю себя как ценный работник: дрючу курсантов, вращаю глазом и не выставляю прихвостней министра идиотами, когда Фадж напускает на аврорат очередную инспекцию, так что Скримджер мне благодарен до чертиков.
Да, и кстати о фаджевских прихвостнях.
Пятый член приемной комиссии на этот раз – Амбридж. Амбридж.
Понимаете, я не шучу. Фадж действительно прислал к нам эту жабообразную дурищу в розовых рюшах. Которая имеет о работе авроров такое же представление, как… как Уизли – об электричестве. Как Малфой – о выращивании брюквы. Как… да неважно. Эту курицу, которая таращит глаза и сюсюкает, а на самом деле беспрестанно что-то вынюхивает и доносит господину министру. При встрече с ней мой вредноскоп начинает крутиться, как бешеный, а магический глаз разворачивается на 180 градусов, ко мне за спину, чтоб только не видеть эту мерзость.
Скримджер уверен, что это подкоп под него, но слишком горд, чтобы делать что-либо по этому поводу, поэтому обливает Жабу ледяным презрением. Амелия начиначет проявлять несвойственные ей обычно признаки стервозности. Я рычу. И только Шэклболт, как всегда, невозмутим, корректен и профессионален. Мне нравится этот парень, правда. Я надеюсь, он станет главой аврората, когда Скримджер окончательно уйдет в политику.
Впрочем, хватит и об Амбридж, и о политике. Лучше вернемся к нашей работе.

- Тонкс, ты следующая! – говорит Сэведж. Очередной кандидат в авроры спотыкается о порог, плашмя падает в дверь и успевает пропахать носом половину комнаты, прежде чем остановиться. Мы наблюдаем за этим в полном охренении.
- Вы в порядке? – всплескивает руками Амелия.
Шэклболт галантно поднимает нашу абитуриентку с пола и водружает ее на стул, чтобы мы могли ее получше рассмотреть. Рассматривать, в общем, особо нечего, кроме ссадины на носу. Пигалица и пигалица – маленькая, худенькая, красная от смущения.
- Мисс Нимфадора Тонкс, я полагаю? – спрашивает Амелия и начинает искать папку с ее документами.
Девчушка замечает папку первой, протягивает руку… и опрокидывает стоящую на столе чернильницу прямиком на Жабу Амбридж. Чернильницу, между прочим, Амелия зачаровала так, чтобы чернила в ней не кончались, поэтому прежде чем кто-то успевает хоть что-то сделать, стол перед Жабой залит черным, а на ее обтянутых розовым телесах расплывается несколько клякс. Она раздувается и багровеет, так что кажется, будто ее сейчас хватит удар. Скримджер и Шэклболт, кстати, в этот момент похожи на школьников, которым только что открыли неограниченный кредит в Зонко, причем я вижу это даже своим родным глазом, не магическим.
Ладно, через пять минут пятна выведены, стол очищен, и мы снова готовы к работе. Но Ядовитая Жаба полна желания поквитаться.
- А почему вы пришли на собеседование в таком виде? – квакает она, перебивая какой-то безобидный вопрос Амелии.
«В таком виде»?… Ну то есть, конечно, на девчонке какие-то нелепые одежки из тех, что нынешняя молодежь покупает в маггловских магазинах. Обычно они заваливаются туда компаниями, громко разглагольствуют о магических делах, и через десять минут кто-нибудь уже машет палочкой - мне об этом сто раз рассказывали ребята из отдела аннулирования случайного волшебства. Я удивляюсь, что нам вообще еще удается худо-бедно соблюдать Статут о секретности. Обливиаторы работают без выходных и отпусков, бедняги.
Да, ну и волосы, конечно. Я забыл вам сказать про волосы? Склероз, не иначе.
Волосы у девчонки ярко-розовые. По-моему, Амбридж восприняла это на свой счет, и от этого озверела еще больше – если, конечно, такое возможно.
- Простите… - бормочет юное дарование.
- Простите, мэм. Вы, кажется, забыли, как обращаться к членам приемной комиссии? – ангельским голосом произносит Жаба, хлопая своими буркалами и истекая ядом.
- Простите, мэм! – выпаливает мисс Тонкс и откалывает такой номер, что у меня глаза лезут на лоб. На секунду она как-то напрягается, и тут ее волосы становятся самого что ни на есть благопристойного русого цвета и укладываются в аккуратную прилизанную прическу.
Ну да, вот оно все, в личном деле. Нимфадора Тонкс, выпускница Хогвартса, факультет Хаффлпафф, шесть Т.Р.И.Т.О.Нов, характеристика от профессора Спраут… особые способности: метаморф. Что характерно, другие члены комиссии изучили личные дела абитуриентов заранее и сейчас не таращатся на нее, как Аластор Муди, старый дурак.
Ну, кроме Амбридж. Она хватает ртом воздух, а малышка, похоже, наоборот - приободрилась.
- Так лучше? – невинно спрашивает она.
Я, со своей стороны, многозначительно смотрю на Скримджера, но он делает вид, будто ничего не замечает.
Все идет своим чередом: Амелия спрашивает Нимфадору Тонкс о том, какой вид магии ей лучше всего удается, на ее собственный взгляд; Скримджер выясняет, случалось ли ей расщепляться во время аппарирования; Шэклболт интересуется квалификацией в полетах на метле. Тут снова вступает Амбридж.
- Не расскажете ли вы нам о своей семье, мисс Тонкс? – воркует она. Честно, я не понимаю Фаджа. Ее манера говорить кого угодно сведет с ума, а он слушает ее каждый день. Я бы еще понял, если бы она была двадцатилетней блондинкой с ногами от ушей. Но этот ее щебет в сто раз омерзительнее от контраста с ее внешностью.
- Мой отец, Тед Тонкс – колдомедик в больнице Св. Мунго. Мама, Андромеда Тонкс, домохозяйка. Братьев и сестер нет. Еще есть бабушка и дедушка, родители отца, они магглы.
- А другие родственники? – произносит Жаба совсем уже медовым голоском.
Девчонка возмущенно вскидывает голову:
- С другими родственниками я не общаюсь.
Собственно, про других родственников – опять-таки в личном деле. Мать: Андромеда Тонкс, урожденная Блэк. А это значит, что Беллатрикс Лестрандж, которую я лично отправил на бессрочный отдых в Азкабан по делу Лонгботтомов, - ее родная тетка, а Сириус Блэк, который сдал Волдеморту Поттеров, - двоюродный дядя. И поверьте мне, если речь идет о Блэках, двоюродный дядя – это вовсе не седьмая вода на киселе.
Да, компания подобралась что надо.
- У кого-нибудь, кроме мадам Амбридж, есть еще вопросы к мисс Тонкс? – приходит на выручку девочке Амелия. Я ж говорю, она мировая баба. Скримджер задает свой коронный:
- Почему вы решили поступить в Школу авроров?
- Потому что… - Нимфадора Тонкс запинается, обводит членов приемной комиссии взглядом и почему-то останавливается на мне. – Потому что... Я вряд ли смогу объяснить, сэр. Я просто чувствую, что это работа для меня.
Я не поворачиваю головы, но магическим глазом вижу, что вежливая улыбка Скримджера превращается в скептическую усмешку.
- Благодарю вас, мисс Тонкс, вы свободны. Результаты собеседования будут направлены вам совой, - подытоживает Амелия.

* * *
- Простите, я надеюсь, что я неверно расслышала, - щебечет Амбридж, - но мне показалось, что вы, мистер Муди, предлагаете принять в Школу авроров близкую родственницу двух опаснейших государственных преступников?
- Верно вы расслышали, - рублю я. По мне так родственнички мисс Тонкс – самая что ни на есть гарантия ее благонадежности, потому что всем известно, как Блэки относятся к бракам с «грязнокровками». Ее мать выставили за порог фамильной усадьбы, швырнули вслед ее вещи и велели катиться к своему грязнокровому муженьку и забыть дорогу обратно. И если что – если, повторяю, что – Нимфадора и ее отец будут первыми в списках на выбраковку.
- Долорес, вы прекрасно понимаете, что само по себе родство с кем бы то ни было не может служить основанием для отказа в приеме в Школу авроров, - спокойно говорит Амелия. – Я не уверена, что мисс Тонкс обладает необходимыми задатками для того, чтобы успешно пройти обучение, однако если ее кандидатуру поддержат представители аврората…
- У нее есть все необходимые Т.Р.И.Т.О.Ны, - говорит Шэклболт, но без особой убежденности в голосе. - Трансфигурация – «превосходно», чары – «превосходно», ЗОТИ – «превосходно», зелья – «выше ожидаемого»… хмм…
Рядом с результатом по зельям – пометка Снейпа: «Несмотря на то, что мисс Тонкс в целом продемонстрировала удовлетворительные знания по предмету зельеварения, я не могу рекомендовать ее для работ, связанных с данной областью магии, вследствие чрезмерного количества несчастных случаев, спровоцированных ею за время обучения».
Действительно – хмм… Узнаю Снейпа, впрочем.
И еще два Т.Р.И.Т.О.На – маггловедение и уход за магическими существами. Явно не то, что может впечатлить Скримджера.
- Скримджер, напоминаю, она метаморф, - это в игру вступаю я. Я вдруг понимаю, что ужасно хочу, чтобы эта девочка к нам поступила. Потому что она – живая. Понимаете? Потому, что она не набита пафосными бреднями и заученными разглагольствованиями. Потому, в конце концов, что не дала себя запугать этой жабе Амбридж. У нее есть характер – а значит, из нее выйдет толк. И я лично за этим прослежу.
Скримджер бурчит что-то неразборчивое.
- Тебе напомнить прошлогодние результаты по маскировке и камуфляжу? И потом, у нее отец – магглорожденный. Она среди магглов так же спокойно скроется, как среди нас. А у тебя половина авроров, когда по-маггловски одеваются, норовят подтяжки вокруг шеи завязать.
Видит Мерлин, я не преувеличиваю. Чистокровные волшебники тупы, как пробки, в том, что касается магглов. А ведь в нашей работе всякое случается. К счастью, чистокровные в аврорате далеко не все, но все равно - метаморф, да еще и со знанием маггловского мира, - чертовски ценный кадр. С этим даже Скримджер не может поспорить.
- Пожалуй, ты прав, - неохотно соглашается он.
- По крайней мере, мы можем дать ей шанс, а если она не покажет достаточно высоких результатов за время обучения… - говорит Шэклболт. Готов поклясться, мой магический глаз видит, как он незаметно толкает шефа локтем и взглядом указывает на Амбридж.
- Я категорически против! – взвизгивает та, уже без всякого сюсюканья.
- Четыре голоса против одного, Долорес, - наносит Амелия свой сокрушительный удар. – Мисс Тонкс зачислена.

* * *
В следующий раз я вижу курсанта Тонкс в коридоре министерства магии перед началом занятий. Волосы у нее скромнейшего русого цвета, зато глаза горят, как любимые Артуром Уизли «экелтрические лампочки».
- Здравствуйте, мистер Муди, сэр! – приветствует она меня звонким голосом, который, кажется, отдается эхом в наших коридорах – хотя коридоры эти нельзя назвать пустынными.
Я киваю и собираюсь пройти мимо, но тут до меня доходит, что в этой картине не так.
- Эй! Как тебя там… Нимфадора!
Она удивленно оборачивается.
– С розовыми волосами тебе лучше.
Наградой мне служит самая широкая улыбка, которую мне когда-либо доводилось вызывать у наших курсантов.
- Мистер Муди, сэр! Разрешите обратиться с просьбой?
- Слушаю.
- Пожалуйста, не называйте меня Нимфадорой. Я – Тонкс.

…Знаете что? Думаю, я не пожалею, что мы ее приняли.

P.S. На всякий случай напоминаю, что жажду обратной связи. ~~А если не будете обратно связываться, в следующий раз напишу и выложу порнографический слэш.~~

про меня

livia_augusta@mail.ru — Wed, 02 Dec 2009 02:14:55 GMT

На случай, если кто-то вдруг удивляется, чего это я то пишу фанфики вместо того, чтобы написать что-нибудь умное про жизнь, то вообще пропадаю (не факт, что кто-то удивляется, конечно), напишу о себе.
Понимаете, у меня сейчас то ли кризис, то ли кризис, а может и вовсе - кризис, но, в общем, кризис какой-то. То есть вы не думайте, что я чувствую себя несчастной. В том-то и дело. Не чувствую. У меня большой опыт по части чувствования себя несчастной. А сейчас мне хорошо. Не "все вроде хорошо, но...", а действительно хорошо. Спокойно. Просто у меня период какого-то улиточьего существования. Мне хочется забраться в свою раковину (что я, в общем-то, и сделала) и оттуда только тихонечко высовывать рожки, поглядывая на мир вокруг. А все потому, что я как-то не очень понимаю, что делать дальше, если вылезти из раковины. Я внезапно поняла, что не знаю, в чем смысл моей жизни, и что мне, вообще говоря, хочется это знать. Может, раньше я просто была занята другими вещами, и было как-то не до смысла. А может, возрастное (ох уж этот возраст). Если кто-то захочет мне объяснить, что жизнь имманентно бессмысленна, то не надо, честно. Я это прекрасно знаю. Я говорю не о каком-то глобально-пафосном смысле, а... не знаю, как лучше сказать. Может, слово "смысл" неправильное. Может, правильнее сказать "цель". Или даже "направление". Дело в том, что я в самом буквальном смысле не знаю, куда дальше двигаться. Не знаю, как и в чем я хочу реализовываться. Не знаю, чего я вообще хочу. Не в смысле, что меня перестало устраивать то, что есть, а в смысле, что я чувствую, что должно быть какое-то дальше, что этот уровень я прошла и где-то тут есть переход на новый уровень, но где - я не знаю. Вот эти слова - это лейтмотив моего нынешнего состояния.
Я не знаю. Я вот сижу и активно не знаю. И пока даже не знаю, что сделать, чтобы начать знать. У меня такое ощущение, что то ли мир вокруг меня замер, то ли я сама замерла, впав в какой-то анабиоз.
Хотя я думаю, что жизнь так или иначе подскажет. А пока я посижу в раковине, только изредка шевеля рожками.

P.S. Дорогие френды, я не прошу советов, я просто делюсь. То есть если у вас возникли какие-то мысли в унисон или наоборот вразрез, или вообще как-нибудь вбок, то я с радостью поговорю. А если вы хотите мне посоветовать, что делать, чтобы начать знать, или провести со мной немного личной терапии - не надо, хорошо? Мне это сейчас будет против шерсти.

на меня наступила зима

livia_augusta@mail.ru — Tue, 01 Dec 2009 08:33:17 GMT

Ну, то есть, не на меня, конечно, а просто наступила. Хотя кто-то на меня, кажется, все-таки наступил - то ли предшествовавшая зиме осень, то ли кризис ~~среднего возраста~~ тридцати лет.
Про что вам, друзья мои, рассказать? Давайте я вам расскажу про работу переводчика.
Приехали тут японцы мои. Поставщики зеленой краски для покраски маленьких пластмассовых крокодильчиков - это если кто помнит; кто не помнит, те лучше не пытайтесь это понять, просто японцы - и все.
Японцы совершенно прекрасные. Начальник отдела по ~~борьбе~~ работе с Россией - самый джентльменистый джентльмен из всех японцев, которых я когда-либо встречала. Такой, знаете... английский. Кстати, он действительно некоторое время жил в Англии, что наложило отпечаток. Пусть будет Су-сан (это не фамилия такая, вы не думайте, это просто условное обозначение). У него под началом имеется прелестное дитя - то самое, которое спрашивало у меня про причины мирового финансового кризиса и которой я в ответ хамски направила ссылку на Википедию. Прелестное дитя действительно прелестное, и зовут его (т.е. ее) Са-сан (это тоже не фамилия, если кто не знает).
Ну, для начала они, разумеется, мне подкинули кучу презентаций для перевода в последний момент, но это неинтересно, это рутина. Мне тут недавно, знаете ли, позвонила совершенно незнакомая девица и заявила: "Мне вот сказали, что вы занимаетесь переводами с японского, а вы можете сегодня в 12 (а было в этот момент пол-одиннадцатого) приехать к нам переводить переговоры?" И так это бойко, ни "простите", ни "пожалуйста". Вот тут даже я охуела, а презентации в последний день с кучей картинок, куда надо вместо японского вставлять русский, - это пустяки, дело житейское.
Так вот, это у меня все присказка такая длинная, а сейчас будет короткая сказка. Вчера в полдевятого вечера звонит мне прелестное дитя Са-сан и молвит человечьим голосом: "Ой, Женя-сан, можно вас попросить: принесите завтра, пожалуйста, галстук?" Я решила, что у меня слуховые галлюцинации и попросила повторить. Дважды, и лучше по слогам. И тут прелестное дитя выдало новую информацию: "Понимаете, тут Су-сан галстук дома забыл".
Ы.
Мне пришлось расколоться и сказать, что мой муж галстуки не носит. Теперь я, видимо, выгляжу в глазах японцев как деклассированный элемент.

Да, ну и уж раз я начала про японцев, расскажу еще про одну троицу, которая приезжала когда-то осенью, но я теперь уже не помню, когда. В общем, я их встречала с хабаровского поезда, и, встретив, я поняла, что люди, натурально, приехали в Россию не балду пинать, а отдыхать в поте лица, и уже начали свою цель реализовывать. Первым делом они попросили их отвезти в гостиницу, где немедленно впали анабиоз и пребывали в нем часа три. Проснувшись, они возжелали посмотреть на подводную лодку и пожрать, причем пожрать не просто так, а крабов. Я их отвезла в "Дель мар", там эти ребята позвали обедать с собой и водителя (который, кажется. был не в силах поверить своему счастью) и провели за столом три часа, уничтожив весь запас крабов в ресторане подчистую. Сверху крабов полили литровой бутылкой водки и пивом в количестве по два с половиной литра на человека. После этого товарищи - кстати сказать, все трое были как минимум пред-, а то и постпенсионного возраста - отправились в сауну, но не с девками, а мыться, потому что в их гостинице не было горячей воды. Ну, сауна и сауна. В сауну, как вы догадываетесь, я с ними не ходила, зато когда я пришла их получать через час, двое вышли ко мне одетые и свеженькие и радостно сообщили, что третий спит и разбудить его нет никакой возможности. "Ну, вот иди сама посмотри", - сказали они мне, делая приглашающие жесты в сторону сауны. Я хотела было вежливо отказаться, но любопытство пересилило. Зрелище было не для слабонервных. В конце концов все японцы были погружены в машину и отвезены обратно в гостиницу. Там я их и оставила до следующего дня, когда мне нужно было везти их в аэропорт.
В общем, конечно, истории как таковой нет и рассказывать было бы нечего, если бы не одна любопытная деталь.
Эти товарищи были во Владивостоке с деловым визитом. В чем именно заключалась деловая часть, я вам сказать не могу. То ли в ужине, где они должны были встретиться с директором Японского центра, то ли в дегустации крабов, то ли в осмотре местной сауны... ну, и конечно, нельзя игнорировать важнейшую роль деловых визитов в Россию в таком насущном деле, как освоение бюджета на текущий финансовый год. В общем, да здравствуют японо-российские экономические отношения. Потому, что смех и радость они приносят людям.

А про остальное я напишу в других постах.

P.S. Галстук я, разумеется, нашла и принесла. Потому что переводчик - это вам не просто говорящий ПРОМТ, но и самый многофункциональный обслуживающий персонал за ваши кровные. Приезжайте к нам без галстуков, трусов, паспортов и мозгов - все найдем, а что не найдем - то изготовим. Вот только без денег не приезжайте, потому что без денег и мозгов у нас и своего народу хватает.

that time of year thou mayst in me behold...

livia_augusta@mail.ru — Fri, 20 Nov 2009 10:31:31 GMT

Френды мои! Обращаюсь к тем из вас, которые мои ровесники или почти ровесники. Наверное, только вы сможете в полной мере оценить.
Только что наткнулась на одном форуме на фразу, которую вы можете прочитать под катом, и испытала... в общем, сами, наверное, поймете, что я испытала.

"Если сейчас молодёжь так общается, то в далёкие 90-е они были более сдержанными)"

Если что - человек, несмотря на смайл, совершенно серьезно пишет. Сколько человеку лет, я не знаю, но, в общем, предположить можно.
В далекие девяностые - понимаете? В далекие, блядь, девяностые.

Думаю, клюка в качестве подарка на Новый Год будет мне в самый раз.

ссылки на лучшие фанфики

livia_augusta@mail.ru — Thu, 19 Nov 2009 10:50:03 GMT

Кто хотел - разбирайте.

Цикл «Прощание» - я уже как-то выкладывала на него ссылку, но с тех пор он, кажется, дополнился. Это мой абсолютный фаворит среди всех прочитанных фанфиков - я считаю, что он не уступает самим книгам Роулинг. Цикл небольших историй о вокзале Кингс-Кросс и ожидающих там пассажирах.

"Сцены из хогвартской жизни глазами привидений, или Три пророчества для сэра Николаса" - именно то, что было сказано, все семь книг глазами хогвартских привидений. Неимоверно прекрасно.

"Говорят, ты крут" - зарисовка о жизни Мародеров от лица Джеймса Поттера. От достоверности изображения подростков Сэлинджер нервно курит в стороне.

"Drop dead gorgeous" - зарисовка о жизни Мародеров от лица Сириуса, автор другой, но не менее достоверно; филигранное владение словом.

«Пес и его цепь» - Сириус за Аркой, посмертие. Без пафоса не по делу, но запасайтесь носовыми платками.

"Партизаны Запретного леса" - юмор, каждая глава - маленькая зарисовка, полное AU, но все персонажи в характере (поэтому и смешно). Что было бы, если бы седьмая книга была флаффом.

Ну, и бонус: "Я знаю, что вы..." – пародия на тупорылые фанфики а-ля "Гермиона сильно изменилась за лето". Смешно так, что можно описаться.

Слэша в перечисленном нет (гета, впрочем, тоже) и AU (кроме "Партизанов Запретного леса") тоже нет, все вполне канонное.
Короче, наслаждайтесь.

хозяйке на заметку

livia_augusta@mail.ru — Wed, 18 Nov 2009 01:58:15 GMT

Оказывается, улитки жрут не только бумагу, но и скотч. Не тот, который виски, а тот, которым бумагу приклеивают. Теперь я напряженно думаю, случится ли у них заворот кишок и какую помощь оказывать, если случится, а эти твари, нажравшись канцтоваров, мирно уснули в родном аквариуме. Одна в канаве, а другая на потолке.
Просто карликовые броненосцы какие-то, прости Господи...

просто о текущем

livia_augusta@mail.ru — Tue, 17 Nov 2009 13:30:42 GMT

Для разнообразия не касаясь фанфиков, поведаю вам, чем живу.
Дорогие мои друзья!
Я самопроизвольно объявила лежачую забастовку и неукоснительно ее соблюдаю. Я не знаю, то ли это осенний авитаминоз, то ли это неизвестный науке штамм свиного гриппа (побуждающий вести свиноподобный образ жизни), но факт остается фактом: я чувствую полную и абсолютную неспособность делать что-либо общественно-полезное. Муж смотрит на меня косо и, кажется, жалеет, что на мне женился. Шутка. Муж мой, как всегда, сокрушительно ангелоподобен.
Это был первый пункт (про забастовку, я имею в виду, не про мужа; про мужа - это не новость).
Пункт второй. Мы купили улиткам большой-пребольшой аквариум. Улитки сначала очумели и принялись оголтело ездить по стенам и потолку, вырастив рога до таких размеров, до каких и близко не выращивали во время пребывания в коробке; потом высунулись в щели, оставленные для воздуха, и обожрали бумагу, которую муж проложил между полкой и стенками аквариума, чтобы улитки контрастнее выделялись на стенках. Мы пришли в ужас и бумагу отобрали, хотя муж и сказал, что этих тварей бумагой не возьмешь. Если бы вы видели те куски, которые они откусили от бумаги буквально за три минуты на наших глазах, вы бы тоже пришли в ужас, хотя и по отличной от меня причине. Теперь они повадились вести ночной образ жизни и весь день дрыхнут в собственноножно прокопанных канавах, а ночью, пока мы спим, просыпаются и радостно бегают по стенам и потолку, шевеля глазами на стебельках и принимая самые причудливые формы. Я, честно говоря, совершенно не понимаю, за каких хреном мы заводили этих зверей, - неужели затем, чтобы наблюдать бесформенные кучки земли в аквариуме?? Короче, Баба Яга против. Хочу дневных жывотных.
Пункт третий, пра культурную жизнь. Посмотрели мы тут "Первый отряд". Это, если кто не слышал, первое отечественное онемэ - про то, как во время Великой Отечественной мертвые пионэры-герои во главе с девочкой-экстрасенсом победили не менее мертвых крестоносцев, вызванных на подмогу Аненербе. Нет, я не шучу. В общем, фильма мне не понравилась. Ну, может, один раз посмотреть и можно. Но с трудом. Я сейчас не о технической, онемэшной стороне дела, разумеется. И не о бредовости общей идеи - в принципе, онемэ, будучи онемом, и не такое выдержит. Но воплощение... Короче, как всегда бывает в плохих произведениях, "начал он хорошо, а потом внезапно наступил конец; я так и не понял, что случилось с серединой его истории". И с реалистичными вставками "очевидцев" они явно переусердствовали. Если бы они возникали раз пять за фильм, было бы интересно. Но через каждые три минуты - увольте. В общем, бред, бред и бред. Не рекомендую.
Еще мы сходили на джаз в воскресенье, у нас тут был джазовый фестиваль, но мне тоже не понравилось. В моем примитивном понимании, джаз - это негр преклонных годов с галстуком-бабочкой и золотым ~~писсуаром~~саксофоном, а нас угостили гитарными запилами оглушительной громкости. "Видимо, это сейчас и называется джазом", - глубокомысленно сказали мы друг другу и пошли домой по свежевыпавшему снегу, осознавая, как безнадежно отстали мы от последних тенденций в мировой культуре.

А больше мне вам, собственно, рассказать и нечего. Кроме, разве что, того, что у улиток наступило утро и они двинулись в свой скользкий путь по стенкам аквариума. Навстречу ждущему их в прекрасном далеке салату.

фанфики: последний из цикла

livia_augusta@mail.ru — Mon, 16 Nov 2009 02:32:53 GMT

Так, люди добрые, давайте я уже сразу выложу последний фанфик из имеющегося цикла и на этом временно успокоюсь. Т.е. у меня есть еще три больших задумки, но их воплощение требует времени, и пока я их воплощаю, нелюбители фанфиков могут вздохнуть свободно.
В общем, последний фанфик из цикла про Люпина и Тонкс. Мини, PG. Печально получилось или не очень - это вам решать.
С одной стороны, можно было бы написать еще всякого. С другой стороны - должно же что-то оставаться и недосказанным.
Я написала про те моменты их отношений, описания которых мне лично не хватало. Не стараясь охватить все, а только намечая вехи.
Я не хотела писать про то, как Тонкс рассказывала Люпину, что у них будет ребенок, - тут я пас, мне это не близко.
Не хотела писать про то, как родился Тедди, - потому что описания смятенных чувств отца, который нервно курит в гостиной, пока в спальне жена разрешается от бремени, - это общее место и, подозреваю, ничего не скажет именно об этих персонажах.
Не хотела описывать их гибель - блин, мне просто больно об этом думать, я и так уже обрыдалась над этой чертовой детской книжкой и любимыми фанфиками вдобавок.

Так что заключительный фанфик из цикла - это такой утешительный приз напоследок. Ну, или не утешительный - кому как.
В общем, идите под кат и читайте. Фанфик очень короткий.

«Теперь – неважно…»

— Конечно, — улыбнулся Дамблдор. — Мы ведь на вокзале Кингс-Кросс, говоришь? Я думаю, если ты решишь не возвращаться, ты сумеешь… так сказать… сесть в поезд.
— И куда он меня повезет?
— Вперед, — просто сказал Дамблдор.
J.K.Rowling

Седеющий мужчина в потрепанной мантии и девушка с розовыми волосами сидят на большом камне под ночным небом, в котором сияет безупречно круглый диск луны. Вдалеке смутно видны очертания замка, напоминающие мираж, - замок дрожит и качается в ночном воздухе, так что неясно, есть ли он там на самом деле или это только причудливые шутки ночной мглы.
- Она такая красивая, - говорит мужчина, глядя на полную луну, и чему-то усмехается.
- Красивая, - соглашается девушка, однако в голосе ее сквозит легкое недоумение. – Рем, но почему… луна?
- Удивляешься, как она мне еще не надоела? – улыбается мужчина. Потом говорит посерьезневшим тоном:
- Знаешь, я всегда мечтал увидеть полнолуние – вот так. Как его видят обычные люди. Без боли и страха. В книгах, которые я читал, поэты наперебой воспевали красоту полной луны. А я – я сам, глазами человека, а не зверя, – никогда ее не видел.
- Нравится?
- Очень.
Он обнимает ее, она положила голову ему на плечо. Текут секунды – или минуты? А может – часы? В этом странном месте очень трудно определить, сколько прошло времени.
- Мы могли бы остаться… там, - говорит она вдруг, кивая на замок вдали, очертания которого, будто отзываясь на ее слова, становятся чуть более отчетливыми.
- Ты этого хочешь? – улыбается он, уверенный, что она скажет «нет». Но она неожиданно пожимает плечами.
- Не знаю… может, было бы забавно – жить в Хогвартсе? Я могла бы составить конкуренцию Пивзу.
- Тонкс, ты серьезно? – удивленно спрашивает он.
- Мы бы увидели Тедди, - говорит она чуть дрогнувшим голосом, опустив голову.
Вот она о чем. Он берет ее за плечи, бережно поворачивает к себе.
- Я останусь рядом с тобой, что бы ты ни решила.
Она по-прежнему не смотрит на него, но произносит как-то просительно и жалобно, так что у него сжимается сердце:
- Рем, ты на меня сердишься? За то, что я оставила Тедди и помчалась в Хогвартс?
Он грустно улыбается.
- Ты ведь не могла иначе. Или это была бы не ты.
Он чувствует, что должен сказать еще что-то, как-то ободрить ее.
- Дора. С Тедди все будет хорошо. С ним твоя мама, и Гарри, и все Уизли. Он никогда не будет один. И он будет тобой гордиться.
Она продолжает молчать.
- И, мне кажется, он не захотел бы видеть нас… так.
- Думаешь?
- Уверен.
Снова пауза.
- Как ты считаешь, они все тоже где-то здесь?
- Кто?
- Папа… - ее голос прерывается. – Аластор. Сириус.
«Джеймс и Лили», - про себя добавляет он.
- Не знаю. Наверное. Если они здесь, то мы их обязательно найдем. Помнишь, что говорил Дамблдор?
- Старый чудак Дамблдор?
Слава Мерлину. Она уже улыбается.
- Старый мудрец Дамблдор. Для высокоорганизованного разума…
-…смерть – это очередное приключение, - произносят они уже хором и начинают смеяться.
- Готова к приключениям?
- Уговорил, хитрый оборотень.
Она поднимается на ноги, смотрит на него лукаво.
- Рем, знаешь, у меня тоже всегда была одна мечта. Ну… с тех пор, как я познакомилась с тобой.
Еще до того, как она произносит хоть слово, он знает, о чем она хочет сказать.
- Пробежимся?

Волк и волчица бегут по широкому ночному лугу под полной луной, прочь от тающего вдали замка, где занимается новый день, и их шерсть серебрится в лунном свете. Они несутся широкими прыжками, легкие и стремительные, как тени, и играют, припадая к земле и наскакивая друг на друга.
На вершине холма они ненадолго останавливаются.
- Рем, скажи мне одну вещь, - она вдруг понимает, что им необязательно произносить слова вслух, чтобы поговорить друг с другом. - Когда мы были… там… ты ведь не любил меня так… так же сильно, как я тебя?
Можно соврать. Можно промолчать. Можно уйти от ответа. Там он бы так и сделал. Но сейчас? Здесь? Любой обман, любое умолчание выглядит смехотворным и нелепым.
- Да. Я боялся. Но ведь теперь это уже неважно, правда?
Будучи в образе волка, улыбнуться невозможно, но он знает, что она улыбается.
- Теперь – неважно.

Волк и волчица бегут в лунном свете. Они не знают, что ждет их впереди и что принесет им этот путь.
Они просто бегут – вперед.

* * *
Маленький заключительный комментарий.
Фанфиков про погибших персонажей ГП и их посмертное существование имеется много, и в доброй половине случаев эксплуатируется тема вокзала Кингс-Кросс. А между тем Кингс-Кросс - это персональный глюк Гарри, о чем совершенно ясно говорит Дамблдор. Соответственно, и все вытекающие ассоциации - с поездами и т.п. - в ту же кассу. Хотя метафора прекрасная, тут ничего не скажешь. И, в общем, я не в осуждение говорю, про Кингс-Кросс тоже много всего хорошего написано, просто зацикливаться не хочется, тем более что каждому должно воздаться по вере его.

* * *
И еще. Вот теперь окиньте взглядом весь цикл и скажите, какой из фанфиков в нем вам больше всего понравился. Ну, просто интересно мне.

View Poll: Фанфики

И последний вопрос. Подразумевается, что под кат пошли и дочитали до этого места только ~~маньяки~~ интересующиеся. Поэтому спрашиваю. Мне периодически (ну, иногда, во всяком случае) попадаются очень хорошие, на мой взгляд, чужие фанфики. Вас такая подборка (ссылок) заинтересует?

Жду ответов, как соловей лета.

осторожно: снова ОНО!

livia_augusta@mail.ru — Thu, 12 Nov 2009 06:43:22 GMT

Друзья и френды, я обещала чередовать фанфиковые и нефанфиковые посты, но, честно говоря, у меня сейчас в жизни категорически ничего не происходит, и я чувствую в себе желание забраться, как улитка, в раковину, и там сидеть долго-долго. Нет, у меня все хорошо, и настроение вполне хорошее, только почему-то категорически ничего не хочется, кроме покоя. Ну, вот я себе по мере сил его пытаюсь обеспечить.

Поэтому те, кому интересны фанфики, могут порадоваться (если мои опусы способны порадовать), а тем, кому фанфики неинтересны, придется подождать, пока я не высунусь из раковины.

ВАРНИНГ: пиплы, под катом снова ФАНФИК. Вы меня поняли.

На сей раз не флафф, а... что-то странное получилось. Романтики мало, одна сплошная правда жизни со щепоткой стеба. Это я думала-думала о своих (т.е., прошу прощения, роулинговских) героях - и подумала о том, каково, собственно, приходилось Тонкс.
Рейтинг, тем не менее, G; размер еще меньше, чем раньше. Все прочие характеристики также сохраняются. Если кто-то скажет, что это ООС, я не удивлюсь, но и не соглашусь, потому что для меня все очень обоснованно и логично.
Такоже если кто-то возжелает поправить французские выражения, то будет мною искренне благодарим, так как мой собственный французский был специально ради такого случая достат из самых дальних подвалов сознания и уже изрядно поеден молью.

Magie noire

- Флер, я подлец. И идиот, - с убитым видом сообщает Ремус Люпин стоящей перед ним чашке чая. То есть на самом деле сообщение адресовано хозяйке коттеджа «Ракушка», но на нее он поднять глаза сейчас не в силах. Флер даже не помнит, чтобы на протяжении года знакомства она видела его в настолько плачевном состоянии, – и это при том, что Ремуса и в лучшие времена нельзя было назвать фонтаном веселья. Впрочем, учитывая все, что он ей только что поведал, удивляться не приходится.

- Pas du tout*. Ты очень честный, благородный и… как это по-английски… совестливый человек, - усмехается она. – Из такой человек получается самый плохой муж. Он всегда думает о всех и о всё, кроме своя жена.

- Я думал о ней! Я… - тут он понимает, насколько неубедительно звучат его слова, и осекается. - Как ты думаешь, она меня простит?

С Флер легко. Может быть, дело во французском воспитании, научившем ее поддерживать непринужденную беседу в любое время и при любых обстоятельствах, а может быть – в родстве с вэйлами, подарившем ей способность располагать к себе мужчин, - но ее общество удивительным образом расслабляет и успокаивает. Конечно, кроме тех случаев, когда она спорит со свекровью о талантах Селестины Уорбек, но это не в счет. Должно быть, именно поэтому Ремус, заглянув в коттедж «Ракушка», чтобы поговорить с Биллом о делах, и не застав его, задержался на чашку чая, которая незаметным образом растянулась на целый чайник, и в конце концов выложил прекрасной и внимательной хозяйке все последние новости своей семейной жизни. Начиная с того момента, как Тонкс сообщила ему, что ждет ребенка, и кончая разговором с Гарри в доме на площади Гриммо.

- Что она сказала, когда ты уходиль?

- Я… я не знаю. Я написал ей записку, - говорит совершенно деморализованный Ремус.

Флер качает головой. Записку! Ей очень хочется ввернуть одно из своих едких французских наблюдений по поводу взрослых мужчин, которые общаются с женами с помощью записок, но она себя останавливает. А в записке наверняка говорилось что-нибудь про «не имею права подвергать тебя опасности» и «поступаю так, как велит мне долг». Флер, в общем, никогда не считала Тонкс подругой и не понимала женщин ее склада, но сейчас она чувствует прилив женской солидарности. Подумать только: проснуться утром и обнаружить вместо любимого мужа записку с подобной ерундой! А ведь они поженились чуть больше месяца назад! Бедняжка!

- Все кончено, да?

- Quelle absurdité**! Конечно, она простит. Она влюблена, как кошка… Пардон, - говорит она, заметив, что от ее сравнения в глазах Люпина зажглись нехорошие огоньки. – Она тебя любит. Нужно просто пойти к ней и поговорить.

- Да, конечно, - растерянно говорит Ремус. – Господи, как мне только пришло в голову бросить ее беременную!

Ровно в момент произнесения последней фразы на кухне аппарирует вернувшийся с работы Билл вместе с Фредом и Джорджем.

- Тонкс беременна? – спрашивает Фред со всем отпущенным младшим Уизли тактом.

- Ты ее бросил? – одновременно и не менее тактично осведомляется Джордж.

- Красиво живете, профессор Люпин! – произносят они хором, не обращая внимания на Флер, которая из-за спины Люпина пытается мимикой сказать им все, что она думает о подобных вопросах.

«Профессор» Люпин, в свою очередь, одаряет их совершенно нетипичным для себя взглядом, увидев который любой чиновник Министерства магии немедленно захотел бы ужесточить закон об оборотнях.

- Биль, я тебе уже говориль, что твои младшие братья – les monstres? – грассирует Флёр.

- Я и сам это прекрасно знаю, дорогая, - говорит Билл, целуя жену. Фирменный стиль общения семьи Уизли. Просто удивительно, как безупречно Флер удалось вписаться в общую картину.

- Я пойду, - говорит Ремус, и Флер понимающе улыбается.

- РемУс! – Окликает она его на миг раньше, чем он успевает аппарировать. – Когда будешь говорить с ней, держи в руках палочка.

* * *
Первый, кого он видит, аппарировав перед домом Тонксов, - это Тед, который копается в саду. Увидев зятя, он поднимается и поудобнее перехватывает в руках тяпку. Выражение его лица в этот момент наводит на мысль о том, что от тяпки надо держаться подальше.

- Какого черта тебе тут надо?

- Тед, я знаю, что вы обо мне думаете, - скороговоркой произносит Ремус. – Мне надо поговорить с Тонкс… с Дорой… Я пришел попросить у нее прощения.

- И все?

- Нет, не все.

В течение нескольких секунд у Теда такой вид, будто он хочет послать посетителя к дьяволу, Мерлину и Салазару Слизерину вместе взятым. Потом он смягчается и машет рукой.

- Дора в гостиной, - кажется, будто он хочет добавить что-то еще, но в конце концов отказывается от своего намерения.

Тонкс действительно сидит в гостиной, и осознание сделанной глупости в полной мере накрывает Ремуса только тогда, когда он видит ее: все краски, все счастье, которым она светилась с тех пор, как он сделал ей предложение (точнее, если уж быть совсем честным, с тех пор, как он принял предложение, которое сделала она), покинули ее, и выглядит она еще более несчастной, чем весь предыдущий учебный год – мышиного цвета волосы, осунувшееся лицо, потухший взгляд. Она сидит на диване и пытается вязать – точнее, пытается заставить вязать спицы. С домашними заклинаниями она никогда особенно не ладила – и сейчас спицы бессмысленно клацают друг о друга, в то время как Тонкс вполголоса считает петли, сбивается и бесцветным голосом начинает считать заново. Похоже, что получиться должно что-то вроде распашонки.

Услышав его шаги, она поднимает на него взгляд, и ему кажется, будто в нем неожиданно мелькает что-то чужое, но, в то же время, неприятно знакомое. Будто тень совсем другого взгляда, другого лица.

- Тонкс, я… - начинает он и замолкает, упершись взглядом в нацеленную на него палочку.

- Круцио! – произносит она без всякого выражения.

…Круциатус он успел отбить, спасибо совету Флер, а вот увернуться от вазы ему не удалось. Чуть позже, пробившись сквозь град летящих в него предметов и заклинаний, он наконец обнял ее, сопротивляющуюся, прижал к себе, зарылся лицом в волосы.

- Дора, Дора, прости меня, я идиот, я поступил подло, прости меня, я никогда больше не уйду…

Она еще пыталась вырваться, говорила что-то горячо и с обидой, обвиняла… Но все это было уже неважно: он смотрел, как под его губами ее макушка расцветает самым безумным, ярким, пламенеющим розовым цветом, который он когда-либо видел.

* * *
Кухня коттеджа "Ракушка". Билл, Ремус, Фред и Джордж только что закончили обсуждать свой план по организации вещания на магическом радио. Разговор потихоньку переходит на другие темы, одна из которых явно интересует всю компанию не на шутку.

- Так как у тебя дела с Тонкс? - с притворной небрежностью спрашивает Билл.

- Мы снова живем вместе, - чуть смущенно, но расплываясь в невольной улыбке, сообщает Ремус к непритворной радости всех присутствующих.

- Она не сердилась? – мурлыкает Флер.

- Эээ… не так чтобы… - Рем колеблется. - Я хочу сказать, она поняла…
Однако природная честность берет верх.
- Первое слово, которое она мне сказала, было "Круцио", - криво улыбается он.

Еще до того, как он успевает решить, не сказал ли он лишнего, становится ясно, что за столом что-то происходит.

- О-ля-ля! – восклицает Флер и со значением смотрит на Фреда и Джорджа. Билл усмехается. Фред и Джордж хмыкают и переглядываются.

- Твоя взяла, невестка, - говорит Фред. - Снимаю шляпу.

- О чем это вы? – подозрительно спрашивает Ремус.

- Понимаешь… - несколько смущенно начинает Билл, но его перебивает совершенно невозмутимая Флер:
- О, très simple***. Благодаря ваш семейный скандаль я получиль пять галеон. Фред и Жорж думаль, что Тонкс бросит в тебя только тяжелый вещь. Я сказаль, что обязательно будут непростительные заклятья.

- Ты ставила на то, что Тонкс применит ко мне непростительное заклятье? – переспрашивает Ремус, не веря своим ушам. Флёр поднимает бровь и улыбается самой лучезарной из своих французских улыбок.

- Précisément****, – окинув стол взглядом победительницы, она снисходит до объяснения. - Ви, англичане, такие смешные. Совсем не знаете родной литератюр. Ваш поэт писаль: «Hell hath no fury like a woman scorned»*****. А если женщина владеть чуть-чуть magie noire******…
______________
* pas du tout – (фр.) ничего подобного
** quelle absurdité! – (фр.) какая чепуха!
*** très simple – (фр.) очень просто
**** précisément – (фр.) точно, именно
***** Hell hath no fury like a woman scorned – (англ.) «Даже ад милосерднее брошенной женщины» (Уильям Конгрив)
****** magie noire – черная магия

и снова - фанфик

livia_augusta@mail.ru — Sat, 07 Nov 2009 22:51:54 GMT

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: снова фанфик, незаинтересованным не читать!
На сей раз - свадьба Люпина и Тонкс, флаффнейший флафф; муж, прочитав, сказал, что ничего настолько сопливого не читал уже давно.
Рейтинг G, размер мини, категория гет (хотя по-хорошему это джен, наверное).

Последняя передышка

- А теперь запомни, Андромеда Тонкс, у тебя есть выбор: либо ты завтра приходишь в церковь сама, либо я тащу тебя туда за шкирку. Но в любом случае в 10 часов ты будешь там, счастливая до чертиков, как и положено матери невесты! И если для этого мне придется наложить на тебя Империус, клянусь Мерлином, я это сделаю!

- Я не позволю разговаривать с моей женой в таком тоне, - вскипает Тед, но Андромеда останавливает его мановением руки. Именно «мановением» - другого слова и не подберешь.

- Мне кажется, вы сказали достаточно, мистер Муди. Не смею вас больше задерживать.

Сложенные на коленях аристократические руки, безупречная осанка и абсолютно непроницаемое лицо. Сейчас она как две капли воды похожа на свою чокнутую сестрицу Лестранж, не к ночи будь помянута. Как там она его отбрила двумя минутами раньше? «Нимфадора давно совершеннолетняя и может делать все, что ей угодно. Разумеется, она всегда останется нашей дочерью. Но поддерживать такое безумие, как брак с оборотнем, я не стану». И все это с таким видом, будто он побираться к ней пришел. Чертова семейка азкабанских аристократов! Да не на того напали. Чтоб кто-то испортил его Нимфадоре день свадьбы?!

- Я тебе обещал! – рычит он на прощание, устремляя на Андромеду свой магический глаз. Входит в камин и, прежде чем исчезнуть, произносит: «В Нору!»

- Дромеда… - начинает было Тед, но жена с тем же непроницаемым выражением лица выплывает из комнаты, и он решает, что сейчас ее лучше не трогать.

* * *
Андромеда Тонкс готовит ужин. Послушные приказам ее палочки, картофелины одна за другой взлетают навстречу ножу и, очищенные, падают в кастрюлю. Одновременно в раковине моются тарелки, в маленькой кастрюльке на плите томится соус, а в духовке сама собой переворачивается курица. Андромеда полностью поглощена своими кухонными манипуляциями – хозяйственные хлопоты всегда ее успокаивали.

- Дромеда, он прав, - внезапно объявляет появившийся на пороге кухни Тед.
- О чем ты, дорогой? – Андромеде не сразу удается отвлечься от своих раздумий и вникнуть в то, что говорит муж.
- Мы должны завтра пойти на свадьбу. Ты – должна.
- Тед, мы это уже обсудили.
- Дромеда, послушай, - Тед подходит сзади, обнимает ее за плечи. – Это наша дочь, и для нее важно, чтобы мы пришли.
- А для меня важно, чтобы она не выходила за оборотня!
- Я бы тоже предпочел, чтобы она вышла за кого-нибудь другого. Но она любит его, и с этим ничего не поделаешь.
Андромеда сжимает губы и упрямо молчит.
- Вспомни нашу свадьбу. Неужели ты хочешь поступить так же с собственной дочерью?
Палочка в руках Андромеды вздрагивает, и картошка рассыпается по столу.
- Это другое! Это нельзя сравнивать! Мы не отказываемся от нее, мы всегда ее при…
- Это то же самое, - твердо говорит Тед. – Помнишь, как ты задержала церемонию на полчаса только потому, что надеялась, что кто-нибудь из твоей семьи все-таки придет? Придут не потому, что одобряют твой выбор, а просто потому, что любят тебя?

Да, она помнит. Помнит, как будто это было вчера, - маленькую церковь, где они венчались, и себя в свадебном платье, и жгучую надежду, с которой смотрела в окно, надеясь, что вот сейчас, сейчас они появятся - мама, папа, Белла и Цисси. Потому что как бы она с ними ни ссорилась, как бы они на нее ни сердились – ведь это же она, их дочка, их сестра, это же ее свадьба…

Они не появились. Появилась мамина сова с вопиллером, жуткий вой которого, кажется, проник даже в самые отдаленные уголки старой церкви: «Ты опозорила древнейший и благороднейший дом Блэков, выйдя замуж за грязнокровку! Семья отрекается от тебя! Отныне ты нам никто! Будь проклята ты, твой брак и все твое недостойное отродье!»

Она стояла, бледная и дрожащая, в ужасе глядя на красный конверт в своих руках, и чувствовала, как мир рушится под ее ногами. Из ступора ее вывел дядя Альфард – старый чудак Альфард (мама, впрочем, говорила «старый дурак Альфард»), enfant terrible старшего поколения семьи Блэков, неизменная притча во языцех во время семейных обедов. Ее любимый дядя Альфард, единственный из Блэков, кто пришел на свадьбу.

- Успокойся, девочка моя, успокойся, - сказал он, обнимая ее и гладя по голове. – Пойдем. Тебя ждет Тед. Все будет хорошо, вот увидишь.

Через пять минут она уже шла с ним под руку к алтарю, навстречу Теду. Безупречная в своем свадебном платье, с ослепительной улыбкой на устах. Ни слезинки. Как настоящая Блэк.

Да, за двадцать четыре года она не забыла ничего.

- Ох, Тед! – Андромеда стремительно поворачивается и обнимает мужа, пряча мокрое от слез лицо у него на груди. – Конечно, мы пойдем! Просто… я так боюсь за нее!

* * *
Лондонская квартира Тонкс, восемь часов утра.

- ААА!!! – Аврор Нимфадора Тонкс, разбуженная неожиданным шумом, вылетает из постели в пижаме, сжимая в руках палочку и направляя на грузную фигуру незнакомца, выбирающуюся из ее камина. – Ступе…
- Дора, это мы, - укоризненно говорит подозрительная фигура голосом Теда Тонкса.
- Сегодня твоя свадьба, так ведь? – произносит вторая фигура голосом Андромеды.

Родители? Здесь? Сейчас?
Внезапно до нее доходит.

- Даже и не думайте меня отговаривать! – кричит она, по-прежнему размахивая палочкой и сбивая со столика ночник. – Мне все равно, что вы думаете, я выйду, выйду за него, слышите!!
- Доченька, а разве тебе не пора уже собираться? – спрашивает Андромеда. – В чем ты собираешься венчаться?

Родители улыбаются. Улыбаются. Нимфадора замолкает, пытаясь сообразить, где именно скрывается подвох.

- Ни в чем, - буркает она. Андромеда усмехается и поднимает бровь:
- Совсем ни в чем?
- В этом… - Нимфадора кивает на стул, где лежат резаные джинсы и ее любимая футболка с Weird Sisters.
- Мне кажется, моя дочь в свой самый счастливый день может одеться и понаряднее.

Андромеда открывает большую коробку, которую Тед поставил у камина. Внутри что-то белое, воздушное и кружевное.

- Ну что, дочка, дашь своей занудной старой маме одеть тебя на свадьбу?

Нимфадора понимает: это признание ее выбора, ее решения. Признание, и прощение, и примирение. Ради этого можно надеть даже ненавистные кружева и чулки. На глаза наворачиваются слезы, и она находит в себе силы только на то, чтобы кивнуть.

Несколько позже семья Тонксов в полном составе созерцает результат – немножко работы иголкой и ниткой, чуть больше заклинаний, полтора часа времени и огромное количество материнской любви.

- Ты такая же красивая, как твоя мама, - растроганно произносит Тед.
- Гораздо красивее, - поправляет Андромеда.

Нимфадора внезапно заливается жгучим румянцем до корней… нет, до кончиков волос.

- Мама, как ты думаешь, ему понравится? – робко спрашивает она.

Тед и Андромеда переглядываются и смеются.
- Если не понравится, я лично сдам его в Мунго, - заявляет Тед.

* * *
- Ремус, они здесь.
- Кто «они»? – нервно спрашивает Люпин, хватаясь за палочку.
- Тонксы, Ремус, - терпеливо объясняет Артур Уизли, исполняющий сегодня роль шафера. – Твоя невеста и ее родители. Пошли.
- Артур… как я выгляжу?
- Гораздо лучше, чем о… То есть, я хочу сказать, очень хорошо, - отвечает тактичный Артур.
- Артур, кольца?
- Ремус. Кольца вот. Все нормально. Пошли.

Увидев зал, он на мгновение зажмуривается. Вместо ожидаемых двух-трех гостей перед ним чуть ли не весь Орден Феникса. В первом ряду сидит прямая, как струна, Андромеда Тонкс («Родители, наверное, не придут на свадьбу, - сказала Тонкс, опустив глаза. – Аластор будет посаженным отцом. Рем, пожалуйста! – она положила руку на его рукав, заглянула в глаза. – Это неважно, неважно, правда». Но он видел, что она расстроена, и радость его разом померкла. Изгой, как всегда). Семейство Уизли почти в полном составе, вместе с Флер Делакур. Аластор Муди. Кингсли в маггловском костюме, высокий и солидный. Гестия Джонс. Дедалус Диггл. Жаль, что не было Гарри, но пригласить его они никак не могли – для него покидать дом родственников было слишком опасно. Из неразлучной троицы присутствует только Рон. Впрочем, на этом нить его размышлений оборвалась, потому что зазвучала музыка, и он увидел, как под руку с Тедом к алтарю движется Тонкс. Тонкс, какой он никогда раньше не видел, - состоящая из флердоранжа, и фаты, и кружев, и атласных перчаток, и светлых локонов, и, кажется, не имеющая никакого отношения к футболкам Weird Sisters, панковским прическам и, возможно, даже аврорату. Заметив выражение его лица, она хихикает и на мгновение преображает свои черты в забавнейшую рожицу – и обратно. Так быстро, что никто, кроме него, не успевает заметить.

- Я думал, ты собиралась быть в джинсах? – спрашивает он вполголоса, когда Тед подводит ее к нему.
- Это мама, - улыбается она.

* * *
После венчания они все отправились в «Три метлы», которые, как выяснилось, Орден Феникса на сегодня зарезервировал за собой. «Мы все утро тут магические защиты возводили. Аластор нас вконец загонял», - тихонько призналась Тонкс Гестия Джонс. Их встретила мадам Розмерта, похудевшая и осунувшаяся, с коротко остриженными волосами, недавно вернувшаяся из Св. Мунго, - Империус не очень хорошо отражается на состоянии здоровья.

Шампанское, поздравления, сооруженный стараниями Молли и мадам Розмерты свадебный торт.

Андромеда Тонкс подходит к Муди.
- Я должна поблагодарить вас, Аластор, - говорит она и крепко, по-мужски, пожимает ему руку.
- Не стоит благодарности, - ворчит он, глядя на нее исподлобья магическим глазом.
- Стоит, - спокойно отвечает она.

В следующий раз, когда на них падает взгляд Ремуса, они пьют огневиски на брудершафт и погружены в какую-то чрезвычайно занимательную дискуссию о стратегии. Или, возможно, о тактике.

Гестия Джонс и Кингсли Шэклболт о чем-то перешептываются, потом подзывают мадам Розмерту. В результате совещания из подсобки призывается некий артефакт, который, по идее, должен проходить по ведомству Артура Уизли. Т.е. бывшему ведомству Артура Уизли. По велению палочки артефакт откашливается и оглашает зал вступлением к вальсу.

В следующий момент глубокий баритон Кингсли объявляет:
- А теперь – традиционный танец жениха и невесты.

О, великий Мерлин.
Теперь, по крайней мере, понятно, с чего Гестия Джонс недели две назад выясняла, умеет ли он танцевать. Спасибо и на том, что выясняла.

- Тонкс, - говорит он вполголоса, - предупреждаю, вальс я танцевал в последний раз очень давно.
- Рем, я в последний раз не танцевала его никогда, - усмехается она. - Черт, эти туфли!
И на глазах у шокированной Андромеды трансфигурирует их в маггловские кроссовки.

Они начинают танцевать, сперва очень неуверенно, потом все легче и легче.

- Это чтобы было plus romantique, - внезапно заявляет Флер и делает движение палочкой, посылая им под ноги волну лепестков белой розы.

На другом конце комнаты Гестия Джонс хихикает и, видимо, решает не ударить лицом в грязь перед заграничной гостьей - отвечает ей падающими с потолка звездами.

В следующие пять минут члены Ордена Феникса, как дети, посреди взрывов хохота наперебой соревнуются в максимально дурацких (но почему-то очень увлекательных) «романтических» заклятьях. Тут есть и соловьи, и розы, и снежные хлопья посреди лета, и Купидон от близнецов Уизли, как две капли воды напоминающий одетого в розовый Пивза. Муди пытается трансфигурировать висящее на стене блюдо в феникса, но вместо этого у него выходит что-то вроде Ступефая, и блюдо, к вящему ужасу мадам Розмерты, разлетается на куски.

Еще до того, как они успевают упасть на пол, инициативу перехватывает Андромеда, и куски складываются в великолепную птицу, совершающую по комнате круг почета. Все аплодируют.

- В бою это не поможет, - буркает Муди, но, тем не менее, смотрит на Андромеду с явным одобрением.

А над всей этой вакханалией цветов, звезд и птиц по-прежнему звучит вальс, и к жениху с невестой присоединяются другие пары.

Рем видит, как такая сдержанная вначале Андромеда Тонкс умиротворенно улыбается, прильнув к груди Теда; как Артур кружит Молли, глядя на нее так, будто она по-прежнему тоненькая двадцатилетняя девушка с копной непослушных рыжих волос; как Флер в объятиях Билла скользит по дощатому полу «Трех метел», будто по сияющему паркету бального зала; как огромный Кингсли ведет в танце миниатюрную разрумянившуюся Гестию Джонс, почти приподнимая ее над полом; как Дедалус Диггл, галантно раскланиваясь, приглашает мадам Розмерту; как увлеченно разглагольствует Аластор Муди, рассказывая какие-то байки младшим Уизли… Ему кажется, что краем глаза он видит среди танцующих Джеймса и Лили, молодых, смеющихся; что Бродяга проходит по залу, заложив руки в карманы, по своему обыкновению высматривая самую хорошенькую девушку; что где-то в уголке маячит фигура Дамблдора, отправляющего в рот очередной лимонный леденец и с обманчиво рассеянным видом наблюдающего за происходящим поверх очков-половинок… и впервые он может думать о них без боли, с невесомой теплой грустью, потому что впервые за долгое время не чувствует себя одиноким. Он смотрит на девушку, которая танцует с ним в свадебном платье и в кроссовках и в чьих волосах, уложенные в сложную свадебную прическу, уже появились разноцветные пряди ее любимых хулиганских оттенков, - смотрит на нее, понимая, что это, может быть, их единственный момент незамутненного счастья, последняя передышка перед большой войной.

- Эй, миссис Оборотень!
- Эй, мистер Женатый-на-самом-неуклюжем-авроре!
- Спасибо тебе.

А она улыбается ему и не спрашивает, за что он ее благодарит, потому что понимает без объяснений. И это лучше всего.

а если им неинтересно?

livia_augusta@mail.ru — Sat, 07 Nov 2009 22:26:56 GMT

Отвечала тут на один пост и вспомнила к слову один эпизод, который даже считаю достойным отдельного поста.

Как-то я разговаривала со своим терапевтом о родителях. Мне было очень-очень обидно, что они не интересуются моей учебой на факультете клинической психологии. И даже не только моими результатами, например, не интересуются, но и не интересуются моими рассказами о практике в дурке и прочими захватывающими историями. "Ну, почему они не интересуются? Я же интересные вещи им пытаюсь рассказать!" - сказала я. А терапевт на это просто спросила: ""Ну, а если им неинтересно?"
Знаете, честно, это была самая полезная терапевтическая интервенция в моей жизни. Вот этот один простой вопрос.
С тех пор я периодически этот маленький диалог вспоминаю, когда мне начинает очень хотеться, чтобы кто-то по поводу чего-то что-то конкретное испытывал. И это воспоминание чрезвычайно отрезвляет.

осторожно: обратно фанфикшн!

livia_augusta@mail.ru — Sun, 01 Nov 2009 02:05:57 GMT

Друзья мои, вы извините, но мне надо этим переболеть. Так что, пока не иссякнет... эээ... фонтан моего вдохновения, пощады не ждите. Чтобы те, кому неинтересно, не заскучали, буду перемежать фанфики постами другой тематики (даже постараюсь интересными, хотя тут на вкус на цвет).
Так вот. Под катом обратно фанфик. Предупреждение остается тем же: кому неинтересно, не ходите, а кто пошел, тот сам кузнец своего счастья.
Снова про Люпина и Тонкс, непрямое (а какое? кривое?) продолжение предыдущего. Только нефлаффно и грустно на этот раз.
Слэша нет, Снейпа (по-прежнему) нет, размер мини, рейтинг PG-13 (на всякий случай).

Такоже большая просьба чего-нибудь сказать, а то я жажду обратной связи. Только когда будете говорить, что это я хуйню пишу, помните о том, что графоманы - существа ранимые и заменяйте слово "хуйня" на политкорректные эвфемизмы.

"Не обижай ее"

Это было одно из первых заданий Ордена Феникса, на которое они отправились вместе, и пошло оно как нельзя хуже. Они опоздали.

Люпин видел такие дома и сразу понял, что они найдут внутри. Он помнил такое еще со времен первой войны, первого Ордена Феникса. Как и Кингсли. Наверное, в глубине души знала и Тонкс, но что такое знание, подчерпнутое на занятиях в школе авроров?

Теперь он уже и не вспомнит, как звали ту семью. Волшебница, муж-маггл. И ребенок, да. И ребенок.
И, разумеется, ни следа Пожирателей.

Когда они в гробовом молчании вышли наружу, Кингсли сказал, что останется на месте, потому что надо уведомить официальные органы, теперь это работа для них. А Люпину и Тонкс лучше вернуться на площадь Гриммо.

Вообще, наверное, сказал он это потому, что увидел, как выглядит Тонкс. И Люпин потом долго корил себя за то, что не заметил этого сам.

Едва они вошли в прихожую, где их встретил Сириус… и слава Мерлину, что в тот вечер в доме на площади Гриммо был только Сириус! Едва они вошли в прихожую, как Тонкс издала какой-то маловразумительный звук – не то всхлип, не то смешок – и начала сползать по стене, зажимая себе рот рукой.

- На кухню, живо! И тихо! – скомандовал Сириус.

«Тихо» - это было важно. Потому что вот только общения с мадам Вальбургой им – и особенно Тонкс – сейчас не хватало для полного счастья.

Раздумывать было некогда: Люпину пришлось обхватить Тонкс за талию и, на всякий случай прижимая к ее рту свою руку поверх ее, практически отнести на спасительную кухню. Сириус прошествовал следом и кинул Маффлиато, потому что для пробуждения к жизни покойной, но неупокоенной миссис Блэк было достаточно любого громкого звука в пределах дома, а то, что громкие звуки будут, они уже поняли.

И если вы думаете, что во всем этом была какая-то романтика, то вот что: романтики не было ни на грош.

Первым делом Тонкс согнулась пополам, и ее вырвало в раковину, потом она упала на пол и зашлась в беззвучной, но неудержимой истерике.

- Так хреново? – одними губами спросил Сириус.

- Трое, один ребенок, - так же, одними губами, ответил Ремус.

Вливая Тонкс в горло огневиски прямо из бутылки, они выяснили, что трупы она видела впервые – вообще впервые. А в том доме… в общем, Пожиратели постарались.

На то, чтобы привести ее в норму, ушел весь запас находившегося в доме спиртного, поэтому подробностей Люпин уже не… Впрочем, неправда. Помнил он, несмотря на количество выпитого, прекрасно. Они сидели втроем на полу в кухне, передавая друг другу бутылку, и говорили о войне – о той, давней, что прошла, и о той, которая только начинается, и о безмятежном прошлом, о Хогвартсе и даже о квиддиче, и Сириус прочитал сочиненные еще в прошлую войну чудовищно неприличные стихи про Пожирателей смерти, так что Тонкс заржала в голос; на шум, вопреки Маффлиато, аппарировал Кричер и удалился только после того, как Сириус послал его в совершенно нецензурной форме. И в какой-то момент Сириус посмотрел на них особенно внимательно и совершенно трезвым голосом сказал, что идет спать, хотя кто и когда видел Бродягу, уходящего от полупустой бутылки огневиски, даже если она третья по счету? Тем не менее, он ушел, а они с Тонкс остались сидеть на кухне, и она снова плакала и говорила, как боится за родителей, особенно за отца, а он рассказывал про то, как потерял Джеймса и – на долгие годы – Сириуса и как хреново быть постоянным изгоем, хотя слава Мерлину, что ему хотя бы нечего терять… Потом опустела третья литровая бутыль, и в окнах забрежжил рассвет, а глаза наконец начали слипаться, и он отвел Тонкс на диван в гостиную, а сам кое-как добрел до своей комнаты. Потом, уже почти к обеду, пришли Артур и Молли, Молли посмотрела на пустые бутылки, втянула носом воздух и уже открыла было рот, чтобы высказать все, что думает об их времяпрепровождении, но появившийся бесшумно Бродяга тронул ее за локоть и сказал буквально пару фраз, после которых Молли ушла на кухню делать чай, и сквозь шум воды до них донеслись оттуда звуки, подозрительно похожие на всхлипы.

Тонкс проснулась и исчезла раньше, чем он встал, оставила только записку: «Сириус, Ремус, спасибо. Я больше так не буду». А Бродяга посмотрел на него непривычно серьезно и сказал с какими-то незнакомыми интонациями:

- Слышь, Лунатик… Она моя племянница, между прочим. Ты это… не обижай ее.
- Ты сдурел, что ли, Бродяга?
- Не прикидывайся дебилом, - сказал Сириус в своей обычной манере и хлопнул его по плечу.

…А он, разумеется, и не думал прикидываться, и кто его знает, что Бродяге взбрело тогда в голову…

* * *
Перед Аластором Муди стояла нелегкая задача.

Того, что его любимица Нимфадора Тонкс с некоторых пор стала в два раза более неуклюжей, чем обычно, не заметить было невозможно. Были и другие симптомы, - например, нездоровый блеск в глазах и постоянно меняющиеся цвет и длина волос с уклоном во все большую экстравагантность. Когда Муди установил связь между экстравагантностью причесок, обострениями неуклюжести и выполнением заданий Ордена Феникса в определенной компании, все встало на свои места. Собственно, ситуация была не по его части, но, в конце концов, это уже стало просто опасно: предметы летали по офису аврората без всякой магии, кофе проливался на важные бумаги, а последней каплей стало опрокидывание чернильницы прямо ему на голову. С этим надо было что-то делать.

Юлить Муди не привык. Объект был приглашен для решительного разговора в отдельный кабинет в «Дырявом котле».

- Давай выпьем.

Если прислуга «Дырявого котла» льстила себе надеждой, что Муди закажет выпивку у них, то ее ждало разочарование. Никаких напитков из рук незнакомых (или плохо знакомых, или хорошо знакомых, но недостаточно проверенных) людей он не принимал. Настоящий Муди почти так же неразлучен с фляжкой огневиски, как некогда Муди поддельный с фляжкой оборотного зелья. Интересно, а фляжка одна и та же? А еще более интересна причина, по которой Муди так… хм, волнуется? Грозный Глаз волнуется?

- Тут это… Тонкс хотела работать с тобой в паре.
- Как скажешь. Почему бы и нет. Тонкс – хороший аврор.
- Хороший аврор… хороший… Да она… - Муди поднимается и начинает ковылять вокруг стола, тяжело хромая и размахивая фляжкой с огневиски. – Да ты бы знал, как она маскируется! Хотя ты ведь знаешь, да… Я как ее на экзаменах увидел, сразу понял – эта девчонка всех за пояс заткнет. А смелая! Да от них всех вместе взятых толку меньше, чем от нее. Ну, Шэклболт еще ничего, нормальный парень… а так… измельчал аврор. Всех лучших перебили, тогда еще… молодежь не та… - Муди мрачнеет, и Рему уже начинает казаться, что продолжения не последует. Неужели Грозный Глаз хотел с ним встретиться, чтобы посетовать на современную молодежь?
- Да, а ты как… все один живешь? – внезапно очнувшись от раздумий, спрашивает Муди. От подобного интереса к его жилищным условиям брови Рема начинают ползти вверх.
- А ты как думаешь? С командой «Пушки Педдл»?
- Холостякуешь? Никогда не думал завести семью? Жену там…
- Щенков? – подсказывает Рем, и рот его перекашивает совершенно несвойственная ему саркастическая усмешка. Муди пасует.
- Ну, ладно, ладно, не ершись… не мое дело, конечно. Хотя, по-моему… Вот подожди, война скоро кончится – все будет по-другому!
«Будет. Но не для меня», - хочет сказать Рем, но не говорит ничего. Зачем? Они молча выпивают, и к Муди частично возвращается уверенность.
- Завтра тебе дежурить с Нимфадорой.
Пауза.
- Угу.
- Слышь, парень. Оборотень – не оборотень… Она мне как дочь. Так вот - чтоб мне не обижал ее! – задушевно рычит Муди, сверля собеседника магическим глазом. – Понял?
- Нет, - честно отвечает Рем, глядя прямо в магический глаз. Немножко слишком честно. Са-а-амую-самую капельку. Лицо Муди багровеет.
- Ну и дурак! – орет он и грохает кулаком по столу так, что все в комнате подпрыгивает. Кажется, то, что его усилия в несвойственном ему амплуа не были оценены по достоинству, задело Аластора не на шутку. – Все, за работу! Не Орден, а черт знает что! Детский сад! Няньчиться тут с вами еще!

И уходит, с грохотом захлопнув за собой дверь. Вот и весь разговор, значит.

- Идиот… осел упрямый… - бормочет Муди, спускаясь по лестнице «Дырявого котла». – Война проклятая, все наперекосяк…

Рем остается сидеть за столом в глубокой задумчивости.

* * *
Нет, определенно, приходить сегодня в Нору на ужин ему не следовало. По крайней мере, так рано. На пороге он столкнулся с Тонкс, по лицу которой можно было предположить, что она только что плакала.

- Привет, Ремус, - сказала она, отступая в тень и сбивая с вешалки шляпу Артура.
- А ты разве не остаешься на ужин?
- Нет, я… мне надо идти, - быстро проговорила она.

Перед тем, как она исчезла, он успел перехватить ее взгляд, и от этого взгляда, и от вида ее осунувшегося лица он почувствовал, как в нем что-то оборвалось, и захотелось бежать, бежать подальше и спрятаться где-нибудь на краю света, где его никто никогда не найдет. Но пути к бегству – во всяком случае, немедленному, - были отрезаны: Молли уже звала его на кухню.

- Будешь чай? Или что-нибудь другое?

Очень хотелось сказать «огневиски» или хотя бы «бренди», но он деликатно выбрал чай.

Пока чайная ложечка выплясывала над чайником сложный танец, отмеряя нужное количество заварки, Молли успела изгнать из кухни Удлинитель ушей, запущенный близнецами (кажется, у них это уже стало рефлексом), запечатать дверь закрывающим заклятьем и наложить Маффлиато. Ничего хорошего это не предвещало.

Он сделал попытку ее отвлечь.

- От Гарри никаких вестей не было в последнее время?

Куда там! Проще было бы остановить Хогвартс-экспресс.

- Ремус, я говорила с Тонкс, - произнесла она обвиняющим тоном.

Пауза. Ремус сосредоточенно разглядывает трещины в столешнице.

- Она в ужасном состоянии. У нее даже не получается метаморфировать.
- Молли, я…
- Ты ведешь себя глупо.

Очень-очень спокойным тоном он начинает объяснять. Он говорит чрезвычайно логичные и разумные вещи. Про то, что Тонкс молода и у нее это скоро пройдет. Про то, что так лучше для всех. Что он никогда не сможет дать ей того, что ей нужно. Что общаться с ним небезопасно. Что он беден и у них слишком большая разница в возрасте. Что Молли не пожелала бы такой судьбы для собственной дочери. Что родители Тонкс никогда его не примут. Что, в конце концов, это ему решать и бесполезно пытаться его переубедить. Что он привык жить один, живет так уже двадцать лет и намерен продолжать и дальше. Что он изгой и отброс общества и бессмысленно пытаться закрывать на это глаза. Что пусть его, в конце концов, все оставят в покое и не лезут не в свое дело, потому что это никого не касается, Мерлин их всех побери…

Какая-то часть его сознания замечает, что он больше не говорит, а кричит, кричит и размахивает руками, будто истеричный подросток, - он, тридцатисемилетний мужчина, всегда славившийся выдержкой, опытный боец с Темными силами и в недавнем прошлом преподаватель Хогвартса. Но остановиться он уже не может, слова рвутся из него, будто чужая, темная сущность во время трансформации, и осекается он только тогда, когда чувствует прикосновение руки к своей макушке.

Молли, перед которой втайне трепещет весь Орден Феникса, - Неудержимая Молли, как они прозвали ее между собой, единственный человек, которому когда-либо удавалось перекричать портрет миссис Блэк, - молчит, что случается с ней очень редко. Молчит и гладит его по голове. Потом ставит перед ним чашку чая и тихо произносит:
- Ремус, я все понимаю. Но… ты бы не обижал ее, а?

…Великий Мерлин, да что они все, сговорились, что ли?…

* * *
Промозглый зимний день в промозглом зимнем Лондоне. Два дня до Рождества.

Окна маленькой квартирки выходят в Диагон-аллею. В прежнее время там по вечерам всегда гулял народ, витрины магазинов и кафе горели огнями, а перед Рождеством так вообще было многолюдно до позднего вечера. Сейчас прохожих почти нет, а добрая треть заведений заколочены. Люпин задумчиво созерцает этот пейзаж из окна, когда его раздумья прерывает стучащая в окно сова. При виде нее он вздрагивает и, кажется, в течение нескольких секунд колеблется, открывать ей или нет. Потом вздыхает, впускает птицу и отвязывает от ее лапки письмо.

У него в руках обычная рождественская открытка. На ней изображен смешной снеговик, который машет руками-веточками и подпрыгивает. На обороте написано:

Дорогой Ремус,
с Рождеством.
Больше всего на свете я бы хотела встретить его с тобой.
Пожалуйста, береги себя.
Тонкс

И клякса. Это так на нее похоже – клякса. Кажется, именно она делает открытку особенно живой и трогательной.

- Ответа не будет, - говорит он сове. Она смотрит на него осуждающим взглядом и перед тем, как улететь, коротко ухает. Он уверен, что только что слышал, как ему на совином языке сказали: «Не обижай ее!»

Рем наливает себе два стакана: один – с аконитовым зельем, которое прислал Снейп, другой – с огневиски. Берет их в руки.

- Не обижай ее, - говорит он стакану с зельем.
- Не обижай ее, - повторяет он стакану с огневиски.
Чокается ими и выпивает по очереди.

Потом накладывает на комнату Маффлиато – что-то подсказывает, что так будет лучше. И начинает ждать, когда выйдет луна.

Вообще-то под действием изобретенного Снейпом зелья оборотень в полнолуние превращается в обычного волка, который до самого утра теряет все человеческие свойства – все мысли, все воспоминания, все эмоции. Вообще-то так.

Только в этот раз волку почему-то неспокойно. Нет, он не может осознать, почему, - ведь он же просто волк. Но какое-то острое и томительное чувство поднимается в его груди, и он обращает морду к луне, и воет, воет отчаянно и тоскливо. И почему-то ему кажется, что луна сегодня увенчана короной непослушных розовых локонов.

Хотя разве волки различают розовый цвет?

...а тыква? где же тыква?

livia_augusta@mail.ru — Sun, 01 Nov 2009 01:37:31 GMT

А тыква, видимо, где-то и у кого-то. Но не у нас, это точно.
Вообще-то я вчера хотела купить тыкву и запечь ее по рецепту, рассказанному мне Тем Самым Фермером (это у которого отец за могилами японских военнопленных ухаживал, см. несколько постов назад, кто не помнит). Просто до полной примитивности: сверху тыквы вырезается отверстие (типа как для Хэллоуина), семена выбрасываются, часть мякоти срезается, режется кусками, смешивается с таким же нарезанным мясом и овощами, кладется обратно в тыкву и запекается в духовке часа три. Когда фермер нас этим угощал, японцы чуть ли не тарелки облизывали, не говоря уже о пальчиках.
Но увы, кулинарный мастер-класс отложен на неопределенное время - возможно, до следующего сезона созревания тыкв. Потому что к нам - как всегда, неожиданно, - пришла зима.
Я хотела сегодня утром запечатлеть вид с нашего балкона, чтобы вы ужаснулись, но фотоаппарат тоже ужаснулся, и батарейки в нем немедленно умерли. Так что вам остается поверить мне на слово: пришел пиздец. Вчера, натурально, снег сыпал с утра до позднего вечера, сопровождаясь сильнейшим ветром. Откуда-то с улицы доносились истошные завывания буксующих автомобилей. Их было жалко. Мы сочли за лучшее завернуться в теплые (разумеется, клетчатые) пледы и впасть в анабиоз до самого вечера. А вечером мы таки пошли к родителям, и я, натурально, почувствовала себя солдатом отступающей наполеоновской армии где-то под Смоленском.
Короче, мороз и солнце, день чудесный. Лично я объявляю лежачую забастовку до улучшения погодных условий.

На прошедшей (точнее, проходящей) неделе я съездила в Ольгу. Это такой поселок на севере нашего края, где ничего нет. Друзья мои, я серьезно. Мне, может быть, за мою урбанистическую жизнь редко приходилось бывать в местах, где настолько ничего нет. Там, понимаете ли, просто лес. Стоящий стеной высоченный лес, через который зачем-то проходит дорога.
На самом деле, дорога, конечно же, проходит не "зачем-то", а для лесовозов. Там - как было бы логично предположить - добывают лес, и это единственное, что там делает. Буквально, друзья мои, буквально. По рассказам, жители этих мест живут натуральным хозяйством, ходят на охоту, ловят в реках лосося~~, носят одежду из звериных шкур и добывают огонь трением~~.
Впрочем, до самой Ольги мы не доехали, а доехали только до находящегося в 20 км деревообрабатывающего завода. Завод построен на месте бывшей зверофермы, и там хорошие русские ребята собираются делать палочки для еды и продавать в Японию. Если совсем точно, то не палочки, а полуфабрикат для палочек. Это такая сильно вытянутая трапеция с прорезью посередине. Потом, на другом заводе (в Китае), полуфабрикат шлифуют, упаковывают и отправляют в Японию. И все это называется "глобализация", если вы еще не знаете.
В общем, что касается производственных вопросов, то все как всегда, потому что русские ребята хорошие, но безнадежно русские. Японец, едучи на завод, думал, что у них там уже производственный процесс идет, а они только оборудование настраивают, причем неправильно. Дальше воспоследовал совершенно потрясающий диалог:
- Что ж вы, уважаемые русские партнеры, до сих пор еще ничем ничего?
- Так а чего? Мы все настроили. А производить не будем, пока заказов не будет.
- Как же я вам, уважаемые русские партнеры, дам заказ, если я не вижу, чего и как вы производите?
Переговорный процесс движется семимильными шагами. Только не вперед, а нахуй.
В конце концов, правда, какой-никакой компромисс нашли.
В качестве бонуса нас накормили седлом дикой козы (разумеется, со стременами) и таким количеством крабов, что на второй день на них уже даже смотреть было трудно. Еще показали изумительно красивое звездное небо и большое-большое ружье с оптическим прицелом. Хотели еще в час ночи показать практическое применение этого ружья на охоте, но японцы вежливо отказались.

И напоследок - фишка про экологию. Про некоторые ее, значит, аспекты. Вот, значит, деревянные палочки для еды. Они одноразовые. Их в Японии потребляется огромное количество, хотя и не такой большой процент от общего объема используемой древесины. С одной стороны, японцы рассказывали, что у них уже где-то потихонечку появляется такая тенденция, как замена деревянных палочек на пластиковые. Ну, типа в интересах экологии и сокращения количества вырубаемых лесов. С другой стороны, те же самые японцы рассказали, что в Америке, например, тенденция противоположная: там экологи настаивают на том, чтобы заменить пластиковые одноразовые мешалочки для сахара на деревянные. Потому что леса - ресурс возобновляемый, а деревянные палочки можно потом сжечь или переработать. А пластмасса приносит вред как при производстве, так и при утилизации.
В общем, я, наверное, ничего пока этим сказать не хочу, просто информация для размышления. Для тех, кто environmentally concious (хотя, может, те, кто по-настоящему concious, и без меня все это прекрасно знают).

Пока все.

осторожно: фанфикшн!

livia_augusta@mail.ru — Tue, 27 Oct 2009 00:01:08 GMT

Ну, раз выяснилось, что есть люди, которым это интересно, то вот оно, пожалста.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: под катом - махровый фанфикшн по ГП. Если вы не любите фанфики вообще и ГП в частности, а также ГП вообще и фанфики в частности, не ходите под кат. Вам а) будет непонятно б) не понравится. Если же кто-то под кат пойдет, а потом предъявит мне претензии, что я пишу у себя какую-то херню, я обижусь ~~и загрызу~~.
В то же время конструктивная критика заинтересованных людей только приветствуется.
Фанфик исключительно безобидный: размер - мини, рейтинг - G, категория - джен. Снейпа в тексте нет! (это чтобы не обманывать ничьих надежд).
В общем, кому все еще интересно, оно там.

Маггловские сказки

Июньский день в Лондоне. Время как раз между ланчем и обедом, поэтому посетителей в «Дырявом котле» немного. Обстановку оживляет только компания из четырех молодых людей, очень разных, но чем-то неуловимо похожих друг на друга.

- Давайте еще раз – за наш выпускной! – кружки со сливочным пивом сталкиваются над столом.

- А что, мои дипломированные друзья, не уйти ли нам в небольшой холостяцкий загул? Со школой покончено, в Орден мы официально еще не приняты… Имеем мы право на свою законную порцию свободы или нет? – покачиваясь на стуле, говорит высокий черноволосый красавец с ниспадающей на лоб челкой. Стул при этом опасно балансирует на двух ножках. Но балансирует. Проходящая мимо официантка кидает на него восхищенный взгляд, а он успевает заметить и сверкнуть зубами в улыбке. При этом его внимание по-прежнему приковано к его друзьям. – Ну, так что, Сохатый, Лунатик… Хвост?

- Только без фанатизма, - улыбается худой юноша с каштановыми волосами. Несмотря на улыбку, выглядит он бледным и нездоровым.

- Загул! Класс! – восклицает еще один, маленький, пухлощекий и светловолосый, с широко распахнутыми честными-пречестными глазами.

- Даешь загул. Но не сегодня, - подытоживает четвертый, высокий и крепкий, в очках и с взъерошенной шевелюрой. – Мы с Лили идем в театр.

- Блин, Джеймс! Не хочу тебя обижать, но ты уже достал со своей Эванс! …Да успокойся ты, - останавливает красавчик своего друга, явно готового вступиться за некую Эванс. – Она классная девчонка, я слова против нее не скажу, но сколько можно уже ворковать, как голубки? С тех пор, как ты стал с ней гулять, от тебя толку в компании, как вон от… - Он делает движение головой, будто собирается кивнуть в сторону своего маленького и пухлощекого товарища, но передумывает и выбирает более нейтральный вариант. – Как вон от стула этого. И куда, ты сказал, вы с ней идете?

- В те-атр. Лили говорит, что у магглов каждый культурный человек ходит в театр, - произносит Джеймс, он же Сохатый, с таким апломбом, что худой и бледный юноша усмехается и давится глотком сливочного пива, вслед за ним фыркают двое остальных, и вот уже полупустой зал «Дырявого котла» оглашает дружное ржание четырех молодых глоток.

- Ты этой ценной информацией с мистером Уизли поделись , - взвизгивает пухлощекий, и, в восторге от собственной шутки, пытается откинуться на стуле под тем же углом, что и красавчик. Ножки стула проскальзывают по каменному полу, и над столом взвиваются ботинки незадачливого паренька. Чуть было стихший хохот раздается таким взрывом, что из задней комнаты выглядывает хозяин «Котла» с явным намерением призвать молодежь к порядку, сдвигает брови, но оценивает обстановку и ретируется.

- А нам не надо ни театра, ни цирка, у нас Петтигрю есть! – ржет красавчик. Худой и бледный юноша протягивает товарищу руку, помогая ему подняться, Джеймс взмахом палочки ставит на место стул.
Петтигрю краснеет до ушей, но смеется вместе с остальными.Некоторое время уходит на то, чтобы все успокоились.

- Короче, с Сохатым все ясно. Сволочь ты все-таки, Джеймс. Вон, Рем опять весь кислый и с лица зеленый, ему бы развеяться в компании боевых товарищей. Кстати, Лунатик, ты чего такой побитый? Опять, что ли, по… - говорящий ловит взгляд товарища, косится на проходящую официантку и на мгновение осекается, - …недельник на носу?

- Угу, он самый. Через два дня.

- Что-то понедельники нынче часты. Ладно, выше нос, скоро пройдет, - красавчик хлопает Рема – Лунатика - по плечу.

- Ну я ж не знал! Мы ж не собирались сегодня! Сходите куда-нибудь без меня! – Джеймс смотрит на товарищей круглыми глазами, а в голосе звучат совершенно мальчишеские, умоляющие нотки.

- Нет, блин, мы без тебя удавимся от горя! Все втроем! Петтигрю будет первым. Иди уже, Эванс заждалась. Передай ей, что мы ее никогда не простим.

- Не разнесите «Котел», я еще хочу здесь выпить!

Джеймс вскакивает с совершенно счастливой улыбкой и уносится чуть ли не вприпрыжку, вслед ему летит смех и улюлюканье оставшихся.

- Так, Сохатый свалил, возложив на меня почетную роль массовика-затейника. Рем, мне категорически не нравится твоя физиономия, так что одного тебя мы сегодня не оставим. Хвост, есть идеи, чем заняться?

Пухлощекий честно морщит лоб, но красавчика осеняет первым.

- Слу-у-ушайте! Я знаю, что нужно одному молодому об… алдую, которому очень повезло с друзьями. По крайней мере, с одним другом – точно. Достопочтенный мистер Лунатик, я имею честь пригласить вас на семейный обед с представителями благородного семейства Блэков. Вас, достопочтенный мистер Червехвост, тоже.

Произнеся приглашение так торжественно, будто находится при дворе английской королевы, красавчик отвешивает церемонный поклон, потом смотрит на приоткрывшиеся рты и изумленные лица своих друзей и начинает смеяться.

- Бродяга, ты здоров? Я раньше не замечал, чтобы на тебя луна тоже действовала, - говорит Рем.

- Ты что, помирился с миссис Блэк? Но как же… - начинает и осекается Пит.

- Хвост, окстись. Я по-прежнему отрезанный ломоть, отсеченная ветвь, паршивая овца и все такое прочее… если как-нибудь встретишься с моей родительницей и осмелишься у нее спросить, она тебе расскажет, кто я такой. Так что пригласить я вас могу только к еще одному выродку из рода Блэков – к моей кузине Андромеде. Она уже сто раз меня звала и говорила, чтобы я приводил с собой своих друзей.

- Но, Сириус – что, прямо сейчас? Она ведь нас не ждет.

- Да не парься, Рем. Энди – она классная! Совсем не такая, как ее сестры. Даже не знаю, как мог такой нормальный человек получиться в нашей семейке. С ней можно без церемоний. И Тед тоже – черт, я не знаю, почему она на него запала… все-таки она красавица, а он… но, если с ним сойтись, парень он что надо! Кстати, посмотрите на мою племянницу – чувствую, она в Хогвартсе всем задаст жару, когда подрастет. Имечко у нее, конечно… тут Энди отмочила, ничего не скажешь… Это ж надо додуматься – назвать ребенка Нимфадорой! Я представляю, что было бы, если бы к нам с класс пришла девчонка по имени Нимфадо-о-ора. Ладно, когда Дора в Хогвартс соберется, я ее научу паре приемчиков… Короче, пойдемте, осчастливим Тонксов своей компанией!

* * *

Сказать, что Андромеда Тонкс была счастлива, когда в обычный летний день за полчаса до обеда у нее на пороге совершенно неожиданно аппарировало трое голодных молодых людей, двоих из которых она помнила только как сопливых второкурсников – приятелей ее маленького кузена, было бы преувеличением. Но Андромеда Тонкс действительно была классной – во всех тех смыслах, которые может вкладывать в это слово восемнадцатилетний брат, говоря о своей старшей сестре. Она не слушала Селестину Уорбек, по которой сходила с ума большая часть ее ровесниц, зато ходила с мужем на маггловские рок-концерты групп с невообразимыми названиями – кто там ей нравился, Sex Pistols? Тед как-то поставил пластинку при Сириусе - музыка была просто улет, во магглы дают! Еще Андромеда красила пряди волос над висками то в красный, то в синий цвет. И просила научить ее ездить на мотоцикле! А главное, пять лет назад Андромеда – вопреки уговорам, упрекам и угрозам всей своей родни – вышла замуж за добродушного магглорожденного здоровяка по имени Тед Тонкс. Впервые заронив в голову Сириуса мысль, что благородное семейство Блэков можно просто послать к черту.

- Привет тебе, позор дома Блэков, - Сириус сделал вид, будто хочет поцеловать кузине руку.

- И тебе привет, позор дома Блэков! – Андромеда взъерошила волосы на его склоненной макушке. – Сто лет тебя не видела, пропащая ты душа. А это, если не ошибаюсь, Рем Люпин и Пит Петтигрю? Черт, ребята, когда я видела вас в последний раз, вы были на втором курсе и учились трансфигурировать сахарницы в ежей. Кстати, где ваш четвертый? Джеймс, так ведь?

- Джеймс временно потерян для общества, у него обострение болезни под названием «Лили Эванс».

- Голодные?

- Еще как! Родители Джеймса уехали на Лазурный берег, родители Пита нас не одобряют, а «Котел» и тамошняя стряпня мне лично уже осточертели.

- Скоро будем обедать. Тед! – крикнула Андромеда в глубину дома. – К нам пришел Сириус с друзьями. Ребята, проходите, располагайтесь, будьте как дома. Я на кухню. Тед и Нимфадора не дадут вам скучать.

И скучать гостям действительно не дали. Не успели они войти в гостиную, а хозяин дома произнести: «Акцио, сливочное пиво!», - как из прихожей раздался боевой клич, а мгновением позже Сириус получил мощный удар под левое колено, потерял равновесие и упал на четвереньки. «Я тебя победила!» - оглушительно заверещали ему в ухо еще две секунды спустя, уже сидя у него на загривке и колотя пятками по его бокам.

- Здравствуй, племянница, - простонал счастливый дядя. – Снимите ее с меня, кто-нибудь!

- Дора, сколько раз я тебе говорил, что врезаться в людей нельзя! Будешь так делать, придется отобрать у тебя метлу! – Тед Тонкс уже собирался было взять дочь на руки, как вдруг ее внимание привлек новый объект, и бока Сириуса были спасены. Зато под угрозой оказался рассудок Рема: только что верхом на его друге сидел чертенок с гребнем черных волос дыбом (похлеще, чем у Джеймса), и вдруг на его глазах этот чертенок превратился в ангелочка с длинными розовыми волосами и огромными-огромными синими-синими глазами, которые, казалось – да нет, в том-то и дело, что не казалось! – увеличивались по мере того, как этот
ангелочек к нему приближался.

- Ты кто? – совершенно не смущаясь, спросил ангелочек.

- Меня зовут Рем. Я друг твоего дяди.

- Пойдем играть. Мне нужен волк.

- Эээ…

- Ты знаешь сказку про волка? – ангелочек был очень требователен и настойчив. И теребил ошалевшего юношу за руку.

- Эээ…

- Пошли. Ты будешь моим волком. Моим собственным волком.

- Эээ… - Рем уже осознавал, что выглядит как болван, но прийти в себя не мог. То, что ангелочек начинал разочаровываться, и волосы его сменили цвет на ярко-синий и встопорщились, делу не помогало.

- Великий Мерлин, да она вас уже успела замучить! – из кухни подоспело спасение в лице Энди Тонкс. – Это она снова про волка? Вы не поверите, какие сказки ей рассказывает Тед. У него такая старая книга с безумными маггловскими сказками.

- Между прочим, твой муж вырос на маггловских сказках, - ворчит Тед.

Андромеда подходит к мужу, обнимает его за талию, смеется.

- Да, и получилось неплохо. Но все равно – я ничего страннее этих сказок в жизни не слышала. Про волка, например, – Нимфадора ее почему-то ужасно полюбила, а я даже не могу понять, в чем там смысл. И самое главное: в этих маггловских сказках везде говорящие животные. Нет, ну вы можете себе представить? Не анимаги, не оборотни, не волшебные твари, а просто говорящие животные. Волки, лисы, зайцы. Тед, расскажи им эту, про волка. «Красная шапочка», да?

- Пошли играть! – ангелочек смотрит снизу огромными глазами, только глаза теперь зеленые, а в чертах лица что-то неуловимо изменилось.

- Пошли, - покорно соглашается Рем, завороженно следя за переменами.

- Я… люблю детей… - улыбается он чуть сконфуженно, пока ангелочек тащит его за руку из комнаты.

- Она метаморф. И пока не умеет управлять изменениями, - запоздало кричит вдогонку Энди.

* * *

Поздний вечер. Гости давно разошлись. Над кроваткой Доры Тонкс горит ночник. Тед сидит рядом и читает очередную из «маггловских сказок». Андромеда присмостилась на полу рядом, прислонившись к коленям мужа. Она смотрит на дочку, волосы которой в полусне приобрели свой естественный русый оттенок, и чувствует абсолютное умиротворение. Кажется, она даже перестала следить за фабулой загадочной маггловской сказки.

- И они жили долго и счастливо и умерли в один день…

Со стороны подушки доносится долгий вздох. У малышки слипаются глаза, но любопытство все-таки побеждает.

- Папа, а почему «умерли в один день»?

- Ну, потому что… - начинает подбирать слова Тед.

- Потому что когда любишь кого-то очень-очень сильно, не можешь без него жить, - заканчивает Андромеда и чувствует, как Тед сжимает ее руку. Переводит взгляд на дочь и успевает увидеть, как веки девочки медленно смыкаются.
Дора засыпает крепким сном.

Очень Важный Вопрос

livia_augusta@mail.ru — Mon, 26 Oct 2009 15:00:22 GMT

Народ, вы только не подумайте, что я от всех этих разводов и неразводов сошла с ума.

Но, в общем, я сейчас поведаю вам о себе страшное.
Как вы, возможно, поняли из упоминаний в жж, я некоторое время назад увлеклась чтением фанфиков по "Гарри Поттеру". И добро бы так - это было бы еще полбеды.
Сейчас - готовьтесь! - будет то самое страшное: я поняла, что мне их хочется не только читать, но и писать.

...Предположительно в этом месте раздалось дружное шуршание мышками со стороны тех, кого оскорбляет само по себе нахождение в одном виртуальном пространстве со словом "фанфик". Надеясь, что все благополучно отшуршали, продолжу.

Поскольку первое... эээ... произведение уже закончено, а второе - в пути, осмелюсь спросить.
Скажите, здесь это кому-нибудь интересно? Кто, натурально, хочет читать мои фанфики по ГП? Не слэш. :)
В общем, напишите в комментах. Если соберется какой-никакой кворум, запощу и здесь тоже, а так пока запостила в другом, специализированном месте.

обратно пиздец

livia_augusta@mail.ru — Mon, 26 Oct 2009 14:25:15 GMT

Теперь я НЕ развожусь с мужем.
Комментариев, блин, не будет. Не в силах я комментировать это все.

Кто интересовался и выражал поддержку - спасибо.

про знание и незнание

livia_augusta@mail.ru — Tue, 20 Oct 2009 10:57:36 GMT

Вот так вот глобально, да. А фигли?

Я тут сегодня переводила на одном забавном мероприятии. Т.е. "переводила" - это, в общем, преувеличение...
Короче говоря, приехали представители японских компаний, которые занимаются всяческими стройматериалами и прочими вдохновляющими вещами. И для них организовали встречу с российскими бизнесменами. Т.е. выглядело это так: в большом зале сидели японцы, каждая фирма за отдельным столом, а русские, записавшиеся на семинар заранее, подходили к интересующей их фирме и разговаривали на интересующие их темы.
Каждому столу, разумеется, выделили по переводчику. И что бы вы думали? Выяснилось, что переводчиками при столах будут продвинутые студенты, а ваша покорная слуга в компании еще пары зубров и монстров местного перевода будет на подстраховке - на случай, если юная поросль начнет забывать слова, косячить, краснеть, бледнеть и падать в обморок. Самое забавное в этом то, что за это еще и деньги платят.

В общем, студенты были все молодцы. Но вот чего я заметила.

Несколько раз меня подзывала одна из девочек-переводчиц. Не понимала она то, что говорил японец. Там термины строительные, а она их не знает.
А я, знаете ли, тоже не знаю строительных терминов. И я тоже в большинстве случаев не понимала того, что не поняла она. Я подходила, слушала японца, переспрашивала то, что не поняла... потом, если надо, еще раз переспрашивала и уточняла, потом переводила понятое на русский язык. И разговор шел, как по маслу. И я не краснела и не бледнела, и стыдно мне тоже не было. Потому что я не могу знать всего. И никто не может. Я и на своем родном языке не знаю множества терминов из самых различных областей и знать их никогда не буду. Но я могу вникнуть и понять, а потом объяснить на другом языке - пусть даже описательно, но так, чтобы меня поняли. И все, собственно. Вот и вся работа - сделать так, чтобы одна сторона поняла другую. И совершенно неважно, как при этом буду выглядеть я и сочтут ли меня охрененным переводчиком.

И еще в тему. Моя мама очень умная женщина, и я за свою жизнь слышала от нее много ценных советов. Но больше всего мне запомнился один. Когда я только-только начинала преподавать японский в университете... в общем, я страшно боялась своих будущих студентов и пришла к маме с огромными от ужаса глазами. Один из моих вопросов был:
- А что, если они меня о чем-нибудь спросят, а я этого не знаю?
Люди, далекие от преподавания, не всегда это осознают, но это великая сермяжная правда: во-первых, один дурак может задать такой вопрос, что и десять умных не ответят, а во-вторых... а во-вторых, всегда будет что-то, чего вы не знаете. Даже если вы препод. И рано или поздно кому-нибудь придет в голову именно об этом спросить.
Так вот, мама совершенно спокойно ответила:
- Я в таких случаях честно говорю, что я этого не знаю, и обещаю к следующему занятию выяснить. Узнаю и рассказываю.

Так вот... знаете, на этом месте должна была быть мораль, но, во-первых, я уже устала, а во-вторых - что я, Герцогиня, что ли? Хотите мораль - сами додумайте. И мне можете заодно сообщить.

ыыыыыы

livia_augusta@mail.ru — Sun, 18 Oct 2009 11:08:19 GMT

Вы не поверите, но всё.
В хорошем смысле всё. Т.е. в том смысле всё, что я сегодня отправила эту сельскохозяйственную съемочную группу восвояси. В принципе, работа сама по себе была бы более чем переносима - и даже интересна, если бы не особенности личности режиссера (и не только его, но в основном его). Ладно, о работодателях или хорошо, или ничего. Но, блин... скажем так, расставалась я с ними без слез. В отличие от предыдущей съемочной группы (которая "Уроки русского языка"), когда мы с режиссером прослезились на прощание вполне буквально.

Теперь я чувствую, что у меня пошла реакция на эти безумные полтора месяца, когда я бегала, как заведенная. И что я просто ничего вообще не могу. Вот просто физически не могу делать ничего конструктивного. Сегодня после аэропорта муж повез меня погулять по осеннему лесу - точнее, парку. Видели двух белок, одну из них - нетрадиционного для наших краев рыжего цвета (у нас белки темно-серые, если что, зауральские френды уже удивлялись). Потом в Subway. Это такая программа реабилитации, следите. Потом мы поехали покупать ему мышку, но ~~вместо этого~~ купили мне ноутбук. Маленький, гломурный и розовый. Мышку тоже купили, если что, но что такое мышка? Муж сказал: "Теперь я знаю, чем буду заниматься остаток дня", - взял ноутбук в зубы и ушел с ним на кухню, будто собака с костью, и теперь неторопливо его обрабатывает. Потом пришли родители, принесли холодец и пончо мне в подарок. В смысле, пончо - мне, а холодец общий, но мы его на ночь не жрем, а вместо этого насосались ройбуша и теперь продолжаем фтыкать в мониторы уже не просто, а с осознанием собственной праведности. Я не знаю, зачем я вам все это рассказываю, - наверное, от радости, что я все это наконец-то могу.

Безумно хочется общения. В виде исключения - никого не уговаривать, не убеждать, не доказывать, не оправдываться, не понукать, что мне приходилось делать непрерывно полтора месяца, - а, блин, общаться. С людьми. Надеюсь, что скоро-скоро увижу всех, кого хочу видеть. elven_gypsy, пошли чай пить. 4ella_ve4ka, приезжай поскорее во Владивосток. coolice2005, давайте уже поедем на "ежегодные шашлыки". Люди, люди! Ау!

В качестве бонуса - а заодно и оправдания - к данному бессодержательному посту познакомлю вас с нашими достижениями в области улитоводства. Правда, в последний месяц жывотными в основном муж занимался, так что лавры - ему. А фотографии у нас не получаются - не иначе как оттого, что руки из жопы. Зато улитки получаются.

Напоминаю, что два месяца назад было так.

А стало так:

Это та, что побольше.

А это та, что поменьше.

А это - вместе.

Все, друзья мои. Я чувствую, что просто не имею право так надолго отрываться от ничегонеделания.

сельскохозяйственно-шпионский детектив

livia_augusta@mail.ru — Wed, 14 Oct 2009 00:08:01 GMT

Когда-то я завидовала барышням, которым посвящают малые и крупные литературные формы. Это было в пору моей невинной юности. Теперь я подобными сожалениями не мучаюсь: я точно знаю, что по крайней мере одна литературная форма мне посвящена, и вполне даже немалая. Я думаю, что папка с моим именем в местном отделении кондитерской фабрики* медленно, но верно стремится сравняться объемом с "Войной и миром".
А что вы хотите? Я вечно ношусь с какими-то подозрительными японцами, причем чем дальше, тем подозрительнее (начинала-то с безобидных туристов). И если у кого-то есть иллюзии, что всем похуй, то поверьте мне, это не так. Ребята с кондитерской фабрики не дремлют, и служба их и опасна, и трудна.

Так вот, это я к чему?
Мы тут снимаем сюжет про одну сельскохозяйственную компанию с корейским капиталом. Сейчас, как я уже говорила, уборка сои идет. Ну, идет и идет. Вчера мы поехали эту самую уборку сои снимать.
Есть, натурально, деревня. Деревня такая маленькая, что в ней даже нет поселковой администрации - только староста (охренеть можно - "староста"! я даже не думала, что сейчас официально бывает такая должность). Раньше там был военный совхоз. Это такой специальный совхоз, который принадлежит министерству обороны и выращивает продовольствие для нужд армии. Потом он, как водится, обанкротился. Собственно, обанкротился достаточно недавно, не в 90-х. И вот теперь поля взяла в аренду корейская компания. Вся эта информация открытая и доступна в разнообразных источниках.
Приехали мы в деревню. И тут нашему режиссеру пришла в голову светлая мысль - поговорить с местной администрацией. Ну, про администрацию - см. выше, так что мы спросили у местных жителей про старосту и, в конце концов, нашли - тетенька такая пожилая, вполне милая. Мы ее пораспрашивали - самые простые вопросы, что тут было раньше да что стало сейчас. Замечу, что деревня, в общем, не бедствует, в отличие от многих других - неподалеку есть действующий угольный разрез, молодежь работает там. Потом спрашиваем: "А можете перед камерой все это повторить?" "Могу", - говорит. - "Только вот подождите, я сейчас начипурюсь".
Через 10 мин начипуренная тетенька выходит со словами: "Вы извините, но мне прямо вот сейчас позвонили из Владивостока и сказали, чтобы никаких съемок. И вообще на территории деревни снимать нельзя - это закрытый объект (!!!)". Из какого именно учреждения звонили, не говорит, но предположительно оно связано с минобороны. На вопрос, откуда они могли узнать про нас, отвечает, что тут в деревне живет их "управляющий" (должность и отношение к минобороны толком неизвестны), так вот он, наверное, и настучал. Дальше начинает звонить телефон у нашей переводчицы с корейского, и ей уже из корейской компании говорят, чтобы в этой деревне, мол, никаких съемок, потому что нас там кто-то видел, и теперь все стоят на ушах: наше хозяйство, которое финансируют корейцы, офис корейской компании в России и головная компания в Корее (!).
Дальше, разумеется, мы грузимся в микроавтобус и уезжаем оттуда от греха подальше.
А теперь ряд вопросов.
Кто настучал, учитывая, что мы даже не успели вынуть из машины никакое съемочное оборудование?
Из какого учреждения звонили?
Какая именно часть информации, упомянутой в данном посте, является секретной (а кроме нее, нас ничего не интересовало)?
Какое право имеет загадочное учреждение запрещать съемки на территории села, которое не подчиняется ни минобороны, ни другим организациям, но является частью самостоятельного муниципального образования?
Какое право имеет загадочное учреждение запрещать давать интервью старосте села, которая не является ни сотрудником минобороны, ни какой-либо еще организации, но является избранным представителем местного самоуправления?

* Это эвфемизм такой. Местный.

Да, и бонусный вопрос: почему я этим занимаюсь и еще не переквалифицировалась на выращивание роз и разведение котят или хотя бы психологическое консультирование?

некоторые особенности русско-японской дружбы

livia_augusta@mail.ru — Mon, 12 Oct 2009 22:31:29 GMT

Вчера снимали японскую делегацию, которая приехала в Приморский край, чтобы посетить захоронения японских военнопленных. Не спрашивайте меня, какая тут связь с сельским хозяйством.
Впрочем, если задуматься, то связь очень даже большая. Японские военнопленные тут как раз на полях работали, а также строили мосты и канавы.
Захоронений у нас много. По всему краю. Делегация тоже, кстати, по всему краю ездит. Впрочем, многие останки уже вывезены в Японию. Но места, где они изначально лежали, - они-то здесь, у нас.

Под Уссурийском есть памятный камень. Простой такой, у дороги стоит.
Мы совершенно случайно - СОВЕРШЕННО случайно - проезжали мимо поля, где убирали картошку, и попросили разрешения поснимать. В Японии картошку вручную не убирают, там техника, а у нас - если кто не знает - проходит трактор, перекапывает поле, а за ним уже - люди с мешками. Впрочем, в более продвинутых местах есть комбайны, но более продвинутые места нас как раз не интересовали.
Так вот. Мы попросили поснимать, нас направили к хозяину, а уж он нам рассказал-показал немеряно интересного, включая камень. Его отец прошел войну, дошел до Берлина, а потом вернулся в местных колхоз, работать. И как раз отвечал за военнопленных - в том числе за их похороны. И ухаживал за могилами - говорил, что он сам фронтовик и что покоя после смерти достойны все. А когда в начале 90-х приехали японцы в поисках захоронений, он им помогал их найти. Теперь уже его сын ухаживает за памятником. Траву подстрижет, цветы принесет.
На постаменте лежит заламинированная фотография - средних лет муж и жена с дочкой, японцы. Обычная фотография, на мыльницу, в обычном домашнем интерьере. Аккуратно прижата камнями.

А делегация - делегация не туда ездила, а в поселок Липовцы. Мы там были на разведке, за несколько дней до. Нигде, естественно, не обозначены захоронения. Спросили у местных жителей - никто не знает. Спросили у местной милиции - как ни странно, молодой парень знал, очень доходчиво рассказал, а в завершение сказал: "И вот там вы увидите такие рытвины... так вот это и есть бывшее захоронение".
Мы проехали, куда были посланы, и, действительно, увидели рытвины. Причем мы долго среди них бродили, пытаясь определить, которые именно рытвины наши, но, когда мы приехали туда второй раз, уже с делегацией и главой местной администрации, выяснилось, что с рытвинами мы таки ошиблись. Что не мудрено - рытвины там все одинаковые.

Так вот, про делегацию. Приехал большой-большой автобус, остановился в поле под горой. Из него вышла вереница бабушек-дедушек - родственники погибших. Некоторые помоложе. Взяли поклажу, пошли. Среди тех самых "рытвин" встали лагерем, засуетились. Буквально за пять минут поклажа превратилась в импровизированный буддийский алтарь со свечами, откуда-то появились веночки, сборный флагшток с японским флагом. Маленькие японские бабульки и дедульки ловко-ловко все собрали и расставили по местам. Выстроились в шеренгу. Сначала - минута молчания, короткая вступительная речь.
Потом вперед вышел очень аристократического вида дедушка с белоснежно-седыми прядями надо лбом. Опустился перед алтарем на колени, вытащил сложенный лист бумаги и заплакал. Он письмо зачитывал, отцу. Который где-то здесь лежит, но неизвестно точно - где.
"Папа! Мне исполнилось уже 67 лет. Я здесь от имени всей нашей семьи. Моего дяди, твоего брата, который заменил мне отца, - я ему за это благодарен. Моей мамы. Мама умерла 20 лет назад. Она так и не вышла второй раз замуж, но смогла вырастить и меня, и брата. Вот наши фотографии - брат и я с женами. Вот мой старший сын со своей семьей. Папа! Я живу на этой земле благодаря тебе и маме. Благодаря вам я смог счастливо прожить свою жизнь. Пожалуйста, не беспокойся о нас, спи спокойно".
Все подошли, положили цветы, помолчали.
Еще через пять минут алтаря уже не было, а вереница бабушек-дедушек с мешками-коробками так же брела к автобусу. Не уныло брела, нет. Пересмеиваясь и фотографируясь.
Среди "рытвин" остались цветы и бананы. Приношение такое. То-то местная живность обрадуется бананам-то.

Еще запомнилось, как дедушка - тот самый, с письмом - спрашивал у главы администрации:
- Как тут у вас зимой? Какой месяц самый холодный?
- В январе минус тридцать, и ветра сильные.
- А одеяло давали одно, - добавила по-русски японка-переводчица.

- Ну, как жили... Еды мало, конечно, было. Тогда и у наших было мало еды. Как все жили, так и они, - сказал про военнопленных наш фермер. Тот самый, у памятного камня.

Вот, собственно, и вся история. Просто рассказываю, что видела.